Гран При Европы

← к содержанию № 37 (08.2001)

Гран При Европы

 

Вперед в прошлое

Хорошее и даже самое лучшее быстро приедается,

если становится повседневным.

Готхольд Лессинг

Уже на первом круге первый пилот Ferrari не удержал свою машину и на огромной ско­рости разбил ее в повороте Bergwerk. Машина тут же вспыхнула, и вместе с ней запылал словно факел и сам гонщик. Он сгорел бы за­живо, если бы не помощь пилотов других ко­манд, остановившихся и бросившихся вытас­кивать товарища из огня. Хотя в подлинном смысле товарищами, а уж тем более - друзья­ми их назвать было никак нельзя. Но они его вытащили, и он остался жив...

Случилось это 25 лет назад во время Гран При Германии, который тогда проходил на знаменитой 21-километровой «Северной пет­ле». На этом фоне одним из главных героев уик-энда стал не действующий гонщик, а быв­ший - трехкратный чемпион мира Ники Лау­да - тот самый едва не сгоревший заживо гон­щик Ferrari, а ныне - босс Jaguar. В этот свое­образный юбилей (можно сказать, второе рождение!) Ники ходил по паддоку веселый, бодрый, довольный жизнью и не сторонился разговоров и воспоминаний о той страшной аварии. Нынешний же Гран При Европы на со­временном Нюрбургринге прошел не только в буквальном, но и в переносном смысле без огонька, довольно заурядно, если не сказать - бесцветно. Только, вроде, порадовались, что борьба теперь развернется уже между хотя бы тремя, а не всего двумя командами, так нет же. Казалось, Формула-1 сделала шаг в прошлое.

После Гран При Канады, который «порадо­вал» формульное сообщество потасовкой в ис­полнении Вильнева и Монтои и отголосками командной «битвы за Ньюи», явно не хватало чего-то столь же острого и скандального. Но верно говорят, что, если сенсации нет, ее надо придумать. И ее придумали, на все лады разду­вая заявление Мики Хаккинена, что он не со­бирается помогать Дэвиду Култхарду завоевы­вать чемпионский титул, как в прежние годы Дэвид помогал ему самому.

«Я намерен сам бороться за титул, - до­словно заявил финский гонщик. - Я прекрас­но понимаю, насколько это трудно, но на каж­дую гонку еду с намерением побеждать. Я могу побеждать, знаю, как это сделать, и я должен побеждать - именно за это мне платят».

С другой стороны, из-за уклончивых отве­тов самого Хаккинена и руководства McLaren о продлении контракта пошли разговоры о том, будто Мика собрался совсем распрощать­ся с Формулой-1 и даже отказался подписы­вать контракт. Вот это-то в четверг, пятницу и субботу перед Гран При Европы все и всячес­ки раздували в сенсацию. Хотя на самом деле, сдается, никакой сенсации не было. Просто человек, и без того подавленный преследую­щими его неудачами, а может, и впрямь в зна­чительной мере утративший мотивацию, не хотел во всеуслышание признаваться в том, что чемпионат для него уже потерян. Не хотел заранее обрекать себя на роль статиста, оттеняющего славу мегазвезды. По-человечески вполне понятное желание.

Но «история о том, как Мика Иванович по­ссорился с Дэвидом Никифоровичем» засло­нила куда большую, причем подлинную сенса­цию. Достоянием некоторых из работающих на пит-лейн журналистов, в том числе и кор­респондента «Формулы», стала страшная тай­на: Шумахеров не двое, а... трое! С Ральфом-то все ясно, а вот в Ferrari Шумахеров, как оказа­лось - двое, причем оба - Михаэли и похожи друг на друга как две капли воды! Только один - «правильный», а другой – «неправильный». Но об этом подробнее - чуть позже.

Фаворит уходит в тень

Пятница. Тренировка

Утро пятницы выдалось пасмурным и хо­лодным - десятиградусный воздух не согревал ни тело, ни душу, а почти такая же температу­ра полотна не внушала пилотам надежд на же­ланное прогревание шин. Тем не менее, а мо­жет, и как раз поэтому, едва успел начаться от­счет времени тренировки, как из боксов пулей вылетели оба «обутые» в теплолюбивую фран­цузскую резину Williams. Выезд получился впечатляюще ярким, поскольку именно на этот короткий миг над Нюрбургрингом выгля­нуло из-за туч солнце. Все было похоже на не­кое предзнаменование. Которому, впрочем, оказалось, суждено оправдаться лишь на сле­дующий день и то не в полной мере.

А пока, не проехав и круга, вынужден был «переквалифицироваться» в пешеходы Эдди Ирвайн - на его R2 отказал бензонасос. Затем, на 13-й минуте отличился Энрике Бернольди, не только установив лучшее на тот момент время круга, но и совершив эффектный вылет в траву с последующим возвращением иа трассу. Спустя семь минут Жак Вильнев превы­сил прошлогоднее лучшее «пятничное» время круга, принадлежащее Михаэлю Шумахеру.

Сам же трехкратный чемпион к тому вре­мени и носа из боксов не казал. Причем ника­ких проблем с машиной (как, например, с Minardi Тарсо Маркеша, из-за чего тот вообще не смог принять участия в первой половине тренировки) не было. Все механики расслаб­ленно занимались ничегонеделанием, а сам Михаэль сидел в позе лотоса на инструмен­тальном шкафу в тенистой глубине боксов и то ли молился каким-то своим богам, то ли ме­дитировал, неподвижно глядя в одну точку. Лишь спустя двадцать минут он вернулся в ок­ружающий его мир, уселся в свою Ferrari, вы­ехал на трассу и тут же показал, кто на ней хо­зяин, улучшив быстрейшее время круга сразу на две секунды!

Ровно в середине первого часа трениров­ки, вскоре после того, как Френтцен и Баррикелло прокатились соответственно по траве и гравию, Мика Хаккинен, как того и следовало ожидать, побил время прошлогоднего «поула» (1’17.529), принадлежащее его партнеру по McLaren. Однако верхнюю строчку протокола под конец первой половины тренировки за­хватил все же сам Дэвид.

В самом начале второй половины на трас­су наконец-то выехал Маркеш, вскоре, впрочем, с нее вылетев, а потом еще раз, положив начало своеобразной эпидемии вылетов: то же самое проделали Френтцен, дважды - Ир­вайн, Вильнев и даже Михаэль Шумахер. Оба пилота Benetton жаловались на недостаточ­ную поворачиваемость в медленных поворо­тах, а Джанкарло Физикелла к тому же изряд­но намучился с коробкой передач. Лучано Бурти заставили закончить тренировку рань­ше времени проблемы с двигателем. Ник Хайдфельд, участие которого в Гран При Ев­ропы было под вопросом из-за последствий аварии в квалификации на предыдущем этапе, полностью восстановился и был вполне дово­лен собой, но не вполне - настройками свое­го Sauber, в отличие от своего партнера по ко­манде. Так же мнения разделились и между пи­лотами Arrows. А оба пилота BAR наслажда­лись преимуществами нового аэродинамичес­кого пакета на своих болидах.

Лидерство, как и на прошлых этапах, без особого напряжения удержали пилоты McLa­ren, только Мика все же перехватил его у Дэви­да. Михаэль Шумахер нисколько не был обес­куражен своим отставанием от соперников. «Ситуация та же, что и в Канаде, - спокойно по­яснял он. - Там мы тоже не были лучшими в тренировках, зато победили в квалификации».

McLaren - герои вчерашних дней?

Суббота. Тренировка

Недолго победная музыка играла в ушах пилотов McLaren. В субботу уже с утра, даже не дожидаясь квалификации, их довольно бесце­ремонно «попросили» посторониться ближай­шие соперники. Сначала Михаэль Шумахер, захватив лидерство, так и не отдал его вплоть до окончания первой сорокапятиминутки. Од­нако после перерыва в машине немца заба­рахлила гидравлика, и, пока он вновь - на сей раз уже вынужденно прохлаждался в тени боксов, хоть фамилия в первой строке прото­кола осталась той же, но имя рядом с ней сме­нилось нa другое - Ральф. При этом Шумахер-младший умудрился показать и абсолютно лучшее время, и нанвысшую скорость во всех трех секторах! Второй пилот Williams занял вторую строку.

В боксах McLaren не жалея сил перенаст­раивали все что можно и так, и сяк, меняли од­ни «дымоходы» на другие, колдовали под дни­щем - все было тщетно: вчерашнее преимуще­ство развеялось, как дым из тех самых дымо­ходов. Или его и вовсе не было, просто сопер­ники накануне не «рвали когти»?

За спинами же лидеров пятничное статус-кво в основном сохранилось. Что, в частности, прибавило борозд, оставленных Ирвайном на травяных и гравийных полосах вдоль трассы. Вплотную к лидерам подобрались теперь уже оба пилота Jordan, чему они весьма были рады и строили смелые прожекты на квалифика­цию и гонку.

Эффект deja vu

Суббота. Квалификация

Вдоль трассы - болельщики с флагами си­дят, а в боксах и на самой трассе тишина... Так можно было описать первую четверть часа квалификации. Разве что на восьмой минуте выехал Маркеш, да и тот на медленном круге вдруг остановился, посидел в полном одино­честве, а потом покатил дальше. Потом выяс­нилось, что бразилец просто решат отрегули­ровать свой шлем. В боксах Ferrari тем време­нем шла напряженная работа над основной машиной Шумахера, у которой еще во время утренней тренировки возникли проблемы с гидравликой.

Когда же на трассу стали один за другим выезжать основные действующие лица чемпи­оната, началось самое настоящее deja vu. Все это мы уже видели. Как и на предыдущих не­скольких этапах, пилотам McLaren сразу были отведены места на «терке» виртуального VIP-зала (хорошо еще, вовсе не «попросили вон», как в Австрии), а за первый ряд «партера» бились Ferrari и Williams во главе с братьями Шумахерами. В результате трехкратный чем­пион мира сбросил сразу 2,5 секунды с лучше­го времени прошлого года!

Несмотря на более чем значительный от­рыв от соперников из McLaren. обладатель поул-позишн был, однако, осторожен в своих оценках «В этом сезоне они часто испытыва­ют трудности в квалификации, но затем быва­ют очень конкурентоспособны в гонке. Так что я не удивлюсь, если завтра вновь будет то же самое. Я бы не списывал их со счетов».

Второй пилот Ferrari, оказавшийся лишь четвертым, был недоволен: проблемы с основ­ной машиной вынудили его прибегнуть к за­пасной, перенастраивая ее под себя. Хаккинен же, похоже, окончательно уступил де-факто роль первого пилота Култхарду, в очередной раз проиграв квалификацию ему, а не только соперникам. «Слишком много времени маши­на теряет на выходе из медленных поворотов, - печально констатировал некогда «летучий финн». – Но, думаю, инженеры сделали макси­мум, и это все, на что мы сегодня способны»

Пилоты же Williams были всем довольны и возлагали надежды в гонке на шины Michelin, а Монтоя добавил, словно уже зная результат Гран При Европы: «Я уже восемь раз не фини­шировал, причем два из них - по собственной вине. Для разнообразия хорошо бы доех ть до конца дистанции. Ну а заодно и заработать кое-какие очки».

В целом, довольны остались показанными в квалификации результатами и гонщики ко­манд «второй лиги» - Jordan, BAR, Sauber и Jaguar. Между ними состоялась весьма острая борьба, а жаловались пилоты не столько на свои машины, сколько на «тесноту» на трассе и пыль, которую они пускали друг другу в гла­за, задевая колесами обочины.

Зато крайне были разочарованы в Prost и Arrows. Особенно сокрушался Алезн, ожидав­ший после удачного выступления н Канаде го­раздо большего: «К несчастью, моя машина никогда еще не вела себя так отвратно, как се­годня». Куда большего ожидали и «оранжевые», сетуя на то, что с ростом температуры колеса их машин теряли сцепление с полотном. А мнения пилотов Benetton разделились. Джанкарло был несказанно рад даже своему 15-му месту на старте, а Дженсон Баттон сказал, что машина проявила себя «скорее с худшей, не­жели с лучшей стороны».

Зато оба пилота Minardi излучали радость и оптимизм, утверждая, что, несмотря на по­следние места в квалификации, они довольны достигнутым «значительным прогрессом».

Тем временем народ вокруг автодрома ли­ковал, радуясь победе своего земляка и любимца. И снова возник эффект «уже виденно­го»: кругом реяли красные полотнища, словно в былые времена у нас на первомайской или октябрьской демонстрации. Ведущий архи­тектор Формулы-1 Герман Тильке, по проекту которого комплекс сооружений Нюрбургринге был недавно дополнен новой секцией отеля и новой «гостевой» башней и с которым мы беседовали, вместе покидая паддок, заметил по этому поводу: «И впрямь похоже. Только вместо Ленина на флагах - Шумахер. Что, собственно, в каком-то смысле одно и то же».

Над всей Европой - безоблачное небо

Воскресенье. Разминка

Воскресное угро Гран При Европы - как и весь последующий день - выдалось кристаль­но ясным, солнечным и теплым. Так что, учи­тывая наименование этапа, вполне можно бы­ло сказать, что отличная погода стояла над всей «Европой».

Однако нашлась все же небольшая, но до­вольно неприятная тучка, слегка омрачившая этот праздник жизни. Тучка по фамилии Шу­махер. Нет, лидер чемпионата вовсе не пел на манер Винни Пуха: «Я тучка, тучка, тучка, я во­все не Михаэль...» Он просто выскочил из кок­пита в чем-то не угодившей ему запасной ма­шины в крайнем раздражении, и, явно желая сорвать на ком-то злость, грубо толкнул обеи­ми руками попавшегося ему на пути в боксы японского фотографа (многие годы работаю­щего на всех этапах ЧМ Формулы-1). Бедняга практически упал на асфальт и едва не разбил свою оптику. «Не расстраивайся, - шутками подбадривали обескураженного японца стоя­щие рядом коллеги. - Может, в этом теперь и заключается разминка». Любимец же местной публики - он же «формульный Ленин» (то бишь «самый человечный человек») - так и пошел своей дорогой, даже не извинившись и, похоже, нисколько не раскаиваясь в содеян­ном. Какие тут, к черту, фотографы, когда с ма­шиной проблемы?!

А проблемы, судя по сильному раздраже­нию Шумахера-старшего, были достаточно серьезные, в результате чего, видимо, он и ус­тупил первую строчку протокола своему това­рищу по команде Рубенсу Баррикелло.

Маленькую сенсацию произвел Ирвайн, который после неутешительного 18-го места в тренировочных заездах и 12-го в квалифика­ции в разминке сумел показать четвертое вре­мя, вклинившись между Ральфом Шумахером и Култхардом.

Одному Шумахеру бублик, другому - дырка от бублика

Воскресенье. Гонка

За полчаса до старта, когда открыли пит-лейн, случилась леденящая душу история, ко­торая могла бы повлиять на весь исход пред­стоящей гонки. После обнаружения в ходе разминки серьезных проблем с запасной ма­шиной и последующей спешной замены нескольких ее частей, Михаэль Шумахер решил перед стартом опробовать ее и именно на ней проехать установочный круг. Однако та возь­ми, да и заглохни в почти самой отдаленной от боксов и стартовой решетки точке трассы - и это за 10 минут до закрытия пит-лейн! Не иначе как обиженный на гонщика японский фотограф призвал на него небесную кару. Вы­скочив из кокпита, Шумахер заметался вокруг, словно встревоженный кролик, и во всех его движениях сквозила явная паника: обладателю поул-позишн «светило» последнее место на старте! К его счастью, кто-то из оказавшихся поблизости работников автодрома одолжил ему свой мотороллер - по иронии судьбы марки BMW, только благодаря которому Ми­хаэль и успел вовремя вернуться в боксы, по­грузить свое царственное чемпионское тело в основную машину и занять законное место на первой линии стартовой решетки.

Когда все машины благополучно ушли на прогревочный круг, на старте осталась Minardi Маркеша, хотя потом она все же тронулась и не шибко везучий бразилец смог догнать ос­тальных и вновь занять место на старте - свое же, так как он и был изначально последним.

Старт оба пилота Ferrari (или же их «стар­товые автоматы») явно «проспали»: Баррикелло это стоило сразу трех позиций - его обо­шли оба пилота McLaren, а затем и Трулли, а Шумахер чуть было не уступил лидерство сво­ему младшему брату, ради чего, довольно рез­ко взяв вправо и блокируя стартовавшему куда лучше Ральфу траекторию, едва не размазал его «по-братски» об ограждение.

Позже Михаэль вынужден был пояснить свой сомнительный маневр: «Мне не слишком удался старт, я потерял пару долей секунды, и Ральфу этого оказалось достаточно, чтобы почти вырваться вперед по внутренней траек­тории. Я не знал, какую стратегию пит-стопов он выбрал, но предполагал, что он поедет лишь с одним пит-стопом, поэтому я должен был непременно сохранить лидерство в пер­вом повороте. И я сделал максимум, что позво­ляют правила, чтобы перекрыть ему траекто­рию. К сожалению, только таким способом приходится иной раз действовать. Не думаю, что это грозило Ральфу столкновением со сте­ной. Со стороны, вероятно, так могло пока­заться, но все было в рамках правил, и мы это уже неоднократно обсуждали ранее».

Шумахер-младший, однако, так не считал, поэтому, хотя еще в пятницу он душевно отме­чал продление своего контракта с Williams в компании с братом в моторхоуме Ferrari, по­сле гонки подошел к Михаэлю с плотно сжа­тыми губами и потребовал объяснений, край­не недовольный таким «родственным» отно­шением. Масла в огонь подлил и Култхард, за­метивший: «В течение прошлого сезона мы уже обсуждали подобные ситуации и получи­ли соответствующие разъяснения от админис­трации, однако я по-прежнему считаю, что ес­ли ты делаешь что-то, что вынуждает другого гонщика шарахаться в сторону или резко тор­мозить, то это не может быть правильным, В этой связи было отрадно увидеть, что Ральф потом подошел поговорить по душам с бра­том. Он был очень недоволен, но еще больше был бы недоволен Михаэль, если бы все закончилось не столь благополучно».

Так или иначе, но лидеру чемпионата удалось сохранить свое лидерство и в гонке, а его брату-сопернику понадобилось намотать на колеса своей машины добрую дюжину кругов, прежде чем резина Michelin, прогревшись, прибавила скорости. (Скоростные качества французских колес хорошо продемонстриро­вал позже Ирвайн, шедший на старом комплекте шин мягкого типа значительно быст­рее, чем даже Култхард после пит-стопа на но­вом комплекте Bridgestone.)

И вновь все увидели уже набившее изряд­ную оскомину представление под названием «гонка в классе Формула Schumaher». Несколь­ко последующих кругов Ральф буквально ви­сел на хвосте у Михаэля, будучи явно быстрее, и когда лидер ошибся в шпильке Dunlop, за­блокировав задние колеса и зайдя в нее слиш­ком широко, Шумахер-младший почти обо­шел его изнутри, однако тот все же успел вер­нуться на траекторию и остался первым. За их спинами все это время порядок оставался практически тем же, разве что пилоты один за другим постепенно потянулись на пит-лейн для дозаправки и смены колес, а Панис вынуж­ден был досрочно закончить гонку, вылетев далеко в гравий все в той же шпильке Dunlop.

Оба Шумахера заехали на пит-стоп одно­временно, но на машине Михаэля дополнительно перенастроили переднее антикрыло, о чем он заблаговременно запросил по радио, когда понял, что с трудом может выдерживать атаки Ральфа. Забегая вперед, заметим, что это же пришлось делать и во время второго пит-стопа, и только после этого Ferrari Шумахера проявила себя во всей своей мощи.

Однако к тому времени трехкратному чем­пиону уже никто особенно не грозил. Выезжая на трассу после своего первого пит-стопа, Ральф на полкорпуса машины пересек самое окончание белой черты, отделяющей выезд с пит-лейн от трассы, за что был наказан 10-секундным штрафом «стоп-энд-гоу». Который в итоге и отбросил его, вновь реально претенду­ющего на победу, за пределы очковой зоны. Невольно вспомнился прошлый сезон, когда ближайших соперников Шумахера-старшего то и дело нещадно штрафовали, стоило им за­махнуться на очередную победу. Причем сам Михаэль тоже пересек, даже гораздо более яв­но, красно-белую «зебру» при въезде с трассы на пит-лейн, свернув туда в самый последний момент с внешней траектории и тем самым даже слегка подрезав своего младшего брата. Но это сошло ему с рук.

Да и нарушение Ральфа, в общем-то, было ведь пустяковым, и решение судей почти у всех вызвало недоумение. Высказывалось даже мнение, что Ральфу не стоило спешить с ис­полнением штрафа, чтобы команда могла его оспорить. Даже Михаэль, лицо, казалось бы, незаинтересованное, позже заявил, что «хотя, поскольку правила в отношении этой белой линии существуют, надо за ней следить так же, как и за тем, например, чтобы не врезаться в стену, но все же «стоп-энд-гоу» только за то, что он слегка наехал на линию колесами - это слишком уж суровое наказание».

Как бы то ни было, но из-за этого наказа­ния единственная интрига Гран При Европы сошла на нет. Место Ральфа занял его партнер по команде, но на пятки Шумахеру он уже не наступал и вообще особо вперед не рвался, желая во что бы то ни стало доехать до фини­ша хотя бы вторым. Что он в итоге и сделал.

А вот надежды пилотов Jordan на успешное выступление так и не оправдались. Проехав чуть более двух третей дистанции, оба с раз­ницей в несколько кругов сошли. Примерно в то же время одни из немногих за всю гонку обгонов совершил Алези, потеснив на 12-е ме­сто Ника Хайдфельда. Девятью кругами позже его подвиг повторил Бурти, обогнав Дженсона Баттона. Но Алези старался напрасно - всего за два круга до финиша его вынесло в гравии, где он и остался, как и незадолго до этого Ферстаппен. Остальные пилоты теряли и приоб­ретали места главным образом за счет пит-стопов. Причем стратегия единственного пит-стопа так и не позволила Хаккинену улучшить свою позицию - хорошо, хоть сохранил ее. Еще одному гонщику, оставшемуся в том же круге, что и победитель - Эдди Ирвайну - до­сталось почетное, но досадное седьмое место. Жаль, поскольку ирландец в очередной раз провел гонку очень неплохо.

Култхард, стартовавший с пятой позиции, был, похоже, рад в этой ситуации и третьему месту, благодаря которому разница по очкам с лидером чемпионата увеличилась не столь уж и существенно. А Монтоя был если не разоча­рован попаданием на вторую ступеньку пьеде­стала, то по крайней мере производит впечат­ление человека, относящегося к этому как к должному и привычному.

Победитель же, не таясь, ликовал от всей души. Нет, конечно, это был совсем не тот Ми­хаэль Шумахер, который утром грубо толкнул японского фотографа. Тот явно был другой, «неправильный». Того, по всей видимости, ру­ководство Ferrari выпускает на арену «большо­го цирка» лишь во время разминок и тестов - проверить запасные машины и для чего-ни­будь еще столь же не слишком значительного. В гонке же наверняка участвует первый, насто­ящий Михаэль. И именно он, несомненно, и стоял на подиуме, излучая обаяние и по-доб­рому улыбаясь. Совсем как Ленин.

Борис Мурадов

Круг за кругом

Установочный круг

На одном из установочных кругов в Dunlop Kurve остановилась за­пасная Ferrari М. Шумахера. Немцу пришлось возвращаться в боксы на скутере, но он успел выехать на трассу за рулем боевой машины.

Прогревочный круг

Маркеш заглох на старте прогревочного круга, но поскольку он и так стоял последним, позиции не потерял.

1-й круг

Р. Шумахер вновь, как и в Канаде, стартовал чуть лучше Михаэля, но тот очень жестко выдавил брата вправо и сохранил свою первую пози­цию. Баррикелло проиграл три места, Френтцен - два. Неплохо старто­вали выигравшие по две позиции пилоты Benetton. Ферстаппен и вовсе отыграл пять мест, с 19-го поднявшись на 14-е. Порядок в конце круга: М. Шумахер, Р. Шумахер, Монтоя, Култхард, Хаккинен, Трулли.

7-й круг

Михаэль Шумахер оторвался от Раль­фа почти на три секунды. Из-за про­блем с электроникой своей Minardi из гонки выбыл Маркеш.

10-й круг

Шедший 20-м Бурти вылетел с трассы, но сумел вернуться обратно и сохранить свою позицию.

12-й круг

Ральф Шумахер показал быстрейший круг и начал сокращать свое отставание от брата. Бурти (20-й) заехал на пит-стоп и потерял одно место.

18-й круг

Михаэль ошибся в шпильке, но сумел вовремя захлопнуть калитку и не пустил Ральфа вперед.

21-й круг

Ральф продолжает периодически атаковать брата, но безуспешно. Монтоя стал понемногу догонять лидеров. Физикелла первым заехал в боксы на плановый пит-стоп и откатился с 13-го на 20-е место.

24-й круг

Шедший на 17-м месте Панис из-за неполадок с коробкой передач вы­летел с трассы и выбыл из гонки.

25-й круг

Занимавший 16-е место Алонсо заехал на пит-стоп и откатился на 19-е.

26-й круг

Ферстаппен (13-й) побывал в боксах и после довольно длинного пит-стопа вернулся в гонку на 17-м месте.

28-й круг

Два лидера одновременно остановились в боксах для первой доза­правки. Механики Ferrari сработали на 0,7 с быстрее, чем в Williams, и Михаэль вернулся на трассу впереди брата. Ральф не только пропустил еще и McLaren Култхарда, но и пересек белую линию, ограничива­ющую зону выезда с пит-лейн, за что позднее был наказан судьями 10-секундной штрафной остановкой в боксах. После многочисленных атак в борьбе за 10-е место Ирвайн обогнал Френтцена.

29-й круг

Пролидировав один круг, в боксах остановился Монтоя. После доза­правки колумбиец вернулся на трассу четвертым. На пит-стоп также заехал Френтцен, опустившийся с 11-го на 14-е место.

30-й круг

Трулли (6-й) после дозаправки откатился на 11-ю позицию. У Anows Бернольди заблокировало коробку на пятой передаче, и бразилец сошел с трассы.

31-й круг

Ральф Шумахер обогнал в Bit Kurve Култхарда и вернулся на второе место, но уже в четырех секундах позади брата.

32-й круг

Пройдя Хаккинена, на пятое место под­нялся Баррикелло. Райкконен (9-й) заехал на пит-стоп и вернулся на трассу 14-м.

33-й круг

Атаковавший Култхарда Монтоя ошибся на торможении и срезал «эску» Veedol. Хаккинен (6-й), заехав на свой единственный пит-стоп, вернулся на трассу 10-м. Хайдфельд после до­заправки с восьмого места опустился на 14-е.

37-й круг

Ирвайн (6-й) после пит-стопа откатился на 11-е место.

38-й круг

Култхард (3-й) заехал на дозаправку и вернулся на трассу пятым.

39-й круг

Р. Шумахер остановился отбывать штраф, из-за чего опустился со вто­рого места на четвертое, пропустив вперед Монтою и Баррикелло.

42-й круг

Алези (10-й) после единственной дозаправки вернулся на трассу, потеряв четыре позиции. На второй пит-стоп заехал Физикелла, переместившийся с 15-го места на 17-е.

43-й круг

В боксах побывали Вильнев (6-й) и Баттон (16-й), вернувшиеся на трассу на 11-м и 19-м местах соответственно.

44-й круг

Последним из всего пелотона на первую дозаправку заехали выбрав­шийся на третье место Баррикелло и де ла Роса (7-й). После пит-стопа бразилец откатился на пятое место, испанец - на девятое. Трулли со­шел с трассы: в коробко передач его Jordan упало давление масла.

46-й круг

Ферстаппен (14-й) и Алонсо (16-й) заехали на вторую дозаправку и вернулись в гонку соответственно 16-м и 18-м.

47-й круг

В борьбе за 12-е место Алези прошел Хайдфельда.

49-й круг

Из-за отказа антипробуксовочной вылетел с трассы и выбыл из гонки Френтцен (8). Бурти (14), заехав на вторую дозаправку, откатился на 16-е.

50-й круг

Два лидера: М. Шумахер и Монтоя, которых разделяло около 8,5 с, на одном и том же круге заехали на вторую дозаправку и вернулись в гонку на тех же местах.

52-й круг

Ральф Шумахер в третий раз побывал в боксах и откатился на четвер­тое место позади Култхарда.

54-й круг

Хайдфельд с поврежденной полуосью медленно доехал до боксов и выбыл из гонки.

56-й круг

Бурти обогнал Баттона и поднялся на 14-е место.

59-й круг

Ферстаппен сошел с трассы из-за отказа двигателя. Баррикелло выле­тел на гравий в Bit Kurve, но вернулся и сохранил свое пятое место.

65-й круг

Атакуя Райкконена, Алези слишком быстро вошел в шпильку Dunlop и вылетел с трассы.

67-й круг

Михаэль Шумахер одержал свою пятую в сезоне и 49-ю в карьере победу в Гран При Формулы-1.

Пресс-конференция после гонки

Михаэль Шумахер

Я счастлив, поскольку нет ничего лучше, чем победить в домашнем Гран При. Было очень здо­рово вновь соревноваться с Ральфом, пока он не отстал из-за штрафа, а под конец стал наседать Хуан-Пабло. Да и перед стартом, когда запасная машина заглохла вдали от боксов, пришлось по­волноваться, как добраться обратно. Это было ужасно - стоять там и осознавать, что мои шансы улетучиваются. В течение первой трети дистанции машина управлялась довольно скверно, страдала от избыточной поворачиваемости, что потребовало корректировку настроек во время пит-стопа. Так что гонка выдалась и достаточно занимательной, и при этом до­статочно непростой. Победить в ней было особенно приятно. Что же каса­ется Ральфа, то я отнюдь не обошелся с ним как-то особенно жестко. То же самое я предпринял бы и по отношению к любому другому гонщику, да и от него я не ожидаю подарков в гонке, мы выступаем за разные команды. Как бы мы ни осложняли друг другу жизнь на трассе, как соперники, мы всегда оставляем друг другу пространство для выживания.

Хуан-Пабло Монтоя

Машина была очень быстрой, вчера я хорошо выступил в квалификации, и сегодня мне нако­нец-то стала улыбаться удача. Первые несколько кругов гонки я был очень осторожен, поскольку знал, что Ральф и Михаэль рванут вперед, и ска­зал себе: «Сделай пару кругов, войди в ритм и за­тем просто наращивай его постепенно». Благо, что машина позволяла ехать быстро. Это позво­лило мне перед вторым пйт-стопом сократить отставание до лидера. Правда, когда я пытался пройти Дэвида, будучи очень близко к нему, я затормозил слишком резко и заблокировал перед­ние колеса, поэтому даже и не стал пытаться войти в поворот, а просто по­ехал по прямой. Так было безопаснее. Но такой момент был единственным в гонке. Думаю, что на данный момент наши машины оказались чуть луч­ше, чем McLaren, но, если честно, это немного удивляет. Мы, как я полагаю, также чуть быстрее Ferrari, но нам есть над чем еще поработать, чтобы продолжать так же, шаг за шагом продвигаться вперед

Дэвид Култхард

В пятницу мы работали не на гонку, а на ква­лификацию, этим, возможно, и объяснялось на­ше преимущество, и в гонке это вылилось в суще­ственное отставание, да и квалификация закон­чилась неудачно. Учитывая позицию, с которой я стартовал, стратегия одного пит-стопа, в то вре­мя как все остальные впереди меня ехали с двумя, была выбрана верно, и это решение было основа­но на нашем прошлом опыте. Проблема заключа­лась в том, что задние колеса изнашивались слишком быстро и это слиш­ком быстро вызывало излишнюю поворачиваемость, при том, что в квали­фикационных заездах нас беспокоили несколько иныепроблемы. Так что третье место - лучшее, на что я мог надеяться в этой гонке. При нормаль­ном же ее течении, если бы Ральфу не назначили штраф, я мог бы рассчи­тывать и вовсе лишь на четвертое место, так что оказаться на одно место впереди - очевидная удача для меня.

Гонка глазами пилотов

Ральф Шумахер: Я крайне разочарован результатом гонки, ведь я имел все шансы победить перед огромным количеством своих соотечественников. Впрочем, в сложившейся ситуации я рад и четвертому месту. Что же касается инцидента с пересечением белой полосы, то, покидая пит-лейн, я просто смотрел в зеркала и, понятно, больше был сосредоточен на движении позади себя, чем на полосе. Но я не оспариваю наказания.

Рубенс Баррикелло: Мне гонка показалась довольно скучной, если не считать моего вылета ближе к ее кон­цу. Я скверно стартовал, и стартовая система мне не по­могла. Затем в течение первых кругов пришлось попо­теть из-за недостаточного сцепления колес с полотном, и к тому же в баке было много горючего в расчете толь­ко на один пит-стоп. Не уверен, что это был идеальный выбор, хотя решение стартовать на использованных передних шинах бы­ло верным. Так или иначе, это явно был не лучший для меня уик-энд, но все же мне удалось заработать пару очков, позволяющих упрочить мое третье место в чемпионате.

Мика Хаккинен: Мы удачно стартовали и смогли обойти Баррикелло, что позволило мне передвинуться на пятую позицию. Однако на 15-м круге перед шиканой я повредил правое переднее колесо и затем до пит-стопа испытывал сильные вибрации. После установки нового комплекта шин я снова смог ехать быстро, но было уже слишком поздно. Так что разочарован сегодняшним результатом.

Эдди Ирвайн: Сегодня я не мог бы выступить лучше. Стратегия пит-стопов была верной, а шины Michelin проявили себя замечательно. Некоторое время я пре­следовал Френтцена и был поражен тем, как легко мог ехать в его темпе, даже приподнимая ногу с педали ак­селератора на длинных прямых и экономя тем самым горючее. Я подумал, что у него много горючего в баках, но потом понял, что это шины у меня такие быстрые. Если бы я накану­не квалифицировался лучше, то сегодня мог бы опередить Хаккинена.

Педро де ла Роса: Я доволен своим выступлением и особенно борьбой с Вильневом. Нам бы, конечно, надо получше работать на квалификацию, чтобы потом в гон­ке рассчитывать на попадание в очки. Да и утренняя разминка была, к несчастью, испорчена некоторыми проблемами, из-за которых пришлось перенастраивать машину прямо перед гонкой. Машина, однако, проявила себя в гонке хорошо, и разве что нам с Эдди не хватило немного удачи, чтобы заработать сегодня очки.

Жак Вильнев: Команда сегодня отлично поработала, у нас была очень хорошая стратегия, машина была тоже настроена хорошо и управлялась прекрасно, да и я постарался - в общем, все складывалось для меня самым лучшим образом, И тем не менее я финишировал лишь девятым. Увы, быть быстрее и выступить лучше нам не позволили шины.

Кими Райкконен: В первой части гонки машина вела себя хорошо, а второй комплект шин оказался лучше первого, но все равно давали о себе знать «волдыри» на них, из-за чего я не мог ехать так быстро, как хоте­лось бы. Ближе к концу гонки меня не слишком трево­жило давление со стороны Алези сзади, поскольку мне удавалось защищать внутреннюю траекторию в пово­ротах. А в самом конце он затормозил слишком поздно и вовсе вылетел.

← к содержанию № 37 (08.2001)

Просмотров: 49