Меню сайта
Поиск по сайту
Номера журнала
Рубрики журнала
Фотоальбомы
Разное
Пользователи
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс.Метрика

Индекс цитирования.
Главная » Статьи » Номера журнала » №51 (10.2002)

«Гром» среди ясного неба

«Гром» среди ясного неба

 

Меня распирали эмоции. Еще бы! Ведь я несся по легендарной трассе в Донингтоне в автомобиле Формулы-1 вместе с действующими пилотами чемпионата мира и звездами автогонок других классов. Более того, я держался непосредственно позади самого Дэмона Хилла, а опережала нас лишь одна машина, за рулем которой находился Марк Уэббер. Но вот мы уже в медленной «шпильке», оттормаживаемся чуть позже и резче, отчего в глазах немного темнеет, и я, пройдя Марка вслед за Дэмоном по наружной траектории, вырываюсь вперед. На последний круг мы уходим в том же порядке: Хилл - первый, я - сразу за ним! Обогнать чемпиона мира у меня не было ни малейшего шанса, потому что я был... «пассажиром» в двухместной Minardi PS-026T, за рулем которой находился Дэмон, и сидел непосредственно позади него. Он первый, я второй.

Прокатиться в двухместной машине Ф-1 меня пригласил еще в самом начале этого сезона, в Сепанге, шеф Minardi Пол Стоддарт. Но время шло, команда переживала финансовые трудности, и я уже не питал особых надежд на воплощение обещанного. И вдруг на ГП Европы ко мне подходит руководитель пресс-службы Minardi Грэм Джонс и говорит: «Готовься, Борис. Донингтон, 9-11 августа. «Гром в парке - 2». Через пару дней пришлю тебе официальное приглашение». Так утром 9 августа я оказался на автодроме в Донингтон-парке, в «колыбели британского автоспорта».

Акция Minardi под названием «Гром в парке - 2» (первая состоялась в прошлом году и запомнилась тем, что Найджел Мэнселл разбил две машины, врезавшись в Фернандо Алонсо) была интегрирована в классический гоночный уик-энд, и без того насыщенный самыми разнообразными соревнованиями, в числе которых, в частности, был этап европейского чемпионата Ф-3000, в котором участвовал наш гонщик Сергей Злобин, и две гонки чемпионата Формулы-Palmer-Audi, в котором в этом сезоне сражается Роман Русинов.

Собственно же «покатушки» на двухместных Minardi (общим числом аж в восемь машин) представляли из себя весьма серьезное мероприятие - фактически почти полную имитацию Гран При Формулы-1: тренировочные заезды в пятницу, тренировки и квалификация в субботу, разминка и самая настоящая гонка в воскресенье. С единственной лишь разницей, что в каждой машине помимо пилота был еще и пассажир.

В качестве «движущей силы» в мероприятии участвовали действующие пилоты Minardi Марк Уэббер и Алекс Йонг; прошлогодний пилот European Minardi в международной Ф-3000 Давид Саленс и победитель этого чемпионата Джастин Уилсон; один из лидеров того же чемпионата итальянец Джорджо Пантано и его земляк, официальный тест-пилот Minardi Маттео Бобби; гонщик CART, которого прочат в Ф-1, американец Брайан Херта и выступавший в позапрошлом сезоне в международной Ф-3000 за команду European Arrows и работавший тест-пилотом Minardi голландец Кристиан Альберс; а также сам владелец команды Minardi Пол Стоддарт и, наконец, гвоздь программы, который в представлении не нуждается, - Дэмон Хилл!

Участие в «покатушках» чемпиона мира 1996 года, который поклялся отныне никогда больше не садиться за руль машины Ф-1,  было мотивировано самыми благородными целями: вся выручка от гоночного уик-энда в Донингтоне предназначалась для Ассоциации помощи больным синдромом Дауна и для возглавляемого профессором Сидом Аткинсом Фонда спинномозговых заболеваний. Стоит напомнить, что первенец Дэмона Хилла и его жены Джорджии, которому сейчас уже 13 лет, появился на свет с синдромом Дауна, так что эта проблема Дэмону особенно небезразлична. И, забегая вперед, стоит сразу отметить, что «Гром в парке - 2» собрал в итоге на указанные благотворительные цели внушительную сумму - более полумиллиона долларов.

При этом, какой бы грустной ни была тема тяжких заболеваний, организаторы мероприятия сделали все, чтобы превратить его в настоящий праздник автоспорта. И им это удалось! Хотя самое его начало особого оптимизма не внушало.

К летальному исходу - будь готов!

Перед каждым из «кандидатов в пассажиры» положили увесистую стопку бумаг. Мне уже не раз доводилось подписывать нечто подобное, но многим это предстояло сделать впервые, и по мере ознакомления с содержанием бумаг их беззаботные лица становились все более унылыми. «Пакет смертника» начинался с грозного напоминания о том, что автоспорт потенциально смертельно опасен, и помимо вопросов чисто формального и медицинского характера (ФИО, адрес, возраст, рост, вес и т.п.) содержал еще и целый ряд пунктов, действительно способных испортить настроение особо впечатлительным товарищам. Например: «Настоящим удостоверяю, что в полной мере осознаю всю степень опасности автогонок, участвую в данном мероприятии на свой страх и риск, в случае моей гибели или нанесения мне увечий устроители не несут за это ответственности и расходов по транспортировке, лечению или похоронам». Или: «Контактные телефоны для оперативной связи с вашим ближайшим родственником и вашим постоянным лечащим врачом в случае необходимости». Или вот еще: «Контактный телефон вашего адвоката, уполномоченного вести ваши дела в случае вашей смерти». Ну и тому подобное.

Надо ли говорить, что, когда часом позже из кокпита двухместной Minardi извлекли практически бесчувственное тело молодой девушки, около получаса пролежавшей в полуобморочном состоянии, энтузиазма у очередников еще поубавилось. Механики подливали масла в огонь, участливо интересуясь у уже заточенных в машины пассажиров: «Сэр, надеюсь, вы не забыли составить завещание?»

Пришел и мой черед занять место в кокпите за сиденьем гонщика - Алекса Йонга. О дальнейшем стоит рассказать подробнее, чтобы было понятно, как непросто обычному смертному быть не то что пилотом, а хотя бы пассажиром автомобиля Ф-1, каких «страшных» жертв это требует.

Размер имеет значение

Естественное опасение, что по какой-либо причине я не пройду последующее обязательное медобследование, оказалось беспочвенным. Врач, поинтересовавшись, что и сколько было съедено за завтраком и произведя все необходимые действия, остался удовлетворен своим исследованием (даже давление и пульс были в полное норме), только пожурил за плохие зубы (частично выбитые как раз в одной из гонок в прошлом) и официально «благословил» на участие в мероприятии в качестве пассажира.

И затем только началось самое страшное. Пошел процесс пропихивания и утрамбовывания 115 кг веса и 190 см роста в пассажирский отсек кокпита, рассчитанный максимум на 88 кг и 180 см. Я, конечно, заранее готовился к худшему, но все же не представлял, что будет настолько худо. Для начала у меня элементарно заклинило ноги. Мои конечности никак не желали проходить в «туннели» по бокам кресла пилота под нужным углом - для этого пришлось бы, словно кузнечику, выгнуть коленки назад. На помощь пришли дюжие механики Minardi. Нырнув с обеих сторон в кокпит и отыскав в его глубине мои застрявшие ступни, они крепко за них взялись, потянули вверх и вперед, и мгновение спустя я с треском водворился на пассажирское место. (Замечу попутно, что сиденьем, как таковым, если не считать маленькой мягкой спинки, пассажирский отсек не оборудован - сидишь прямо на полу.)

Приступив к пристежке меня ремнями, один из механиков наставлял: «Борис, непременно держи ступни плотно прижатыми к площадкам, в которые они упираются, ни в коем случае не отрывай их!» «Почему?!» - поинтересовался я. - «А потому, что как только Алекс заметит, что они не прижаты, он тут же начнет их щекотать!» - и довольный механик разразился веселым хохотом. Мне, однако, было не до смеха. Оказалось, что проблема с ногами - это еще не самое ужасное. Гораздо труднее было «упаковать» надлежащим образом верхнюю часть туловища. Ремнями безопасности меня стали немилосердно стягивать по вертикали, изо всех сил при этом нажимая на меня в четыре пары рук. Когда меня сжали до того, что я практически утратил способность дышать, я из последних сил постарался сообщить об этом. На что мне было строго указано: «Или сиди, как сидишь, или вылазь». Я выбрал первое, подумав про себя: «Алекс, конечно, хороший парень, но ведь он наверняка меня угробит, так какая разница, если я уже до этого задохнусь?»

Тем временем мне в руки сунули некий цилиндрик с проводом, уходящим вглубь кокпита, с одной стороны и с красной кнопкой с другой. «Советую не выпускать эту штуку из рук», - мрачно предупредил механик. «Ядерная кнопка? - прохрипел я. «Почти, - ответил мой мучитель. - Держи ее постоянно нажатой. А если вдруг почувствуешь, что сейчас от страха обделаешься, не пачкай комбинезон и машину - отпусти кнопку, Алекс остановится у ближайших кустов, вылезешь, сделаешь свое дело, и поедете дальше». Очень довольный своей шуткой, механик вновь расхохотался: «Если серьезно, Борис, держи эту кнопку постоянно нажатой. Если же вдруг почувствуешь себя плохо, просто отпусти ее, и перед Алексом загорится красный сигнал тревоги». И добавил уже совсем по-доброму: «Ну, а если вдруг сознание потеряешь, или еще что, то она у тебя сама из рук вывалится».

«И еще, ни в коем случае не высовывай на ходу башку из-за дуги безопасности. Если встречный поток воздуха попадет под шлем - оторвет на фиг вместе с башкой, - мой «ангел-хранитель» еще раз с сомнением осмотрел меня. - Впрочем, нет. Все равно оторвет. Уж слишком она у тебя торчит». Собрав последние запасы воздуха, я сделал страшные глаза и выдавил из себя: «Мобильный телефон! Скорее! Это очень важно!» «Что?! Что случилось?» - не на шутку заволновался мой собеседник. «Забыл попрощаться с любимым котом!» - ответил я и в свою очередь мстительно расхохотался.

Однако скоро выяснилось, что веселился я рано. Проблема заключалась в том, что мои плечи все равно никак не умещались таким образом, чтобы сверху можно было защелкнуть подковообразный элемент безопасности по верхней кромке кокпита. Сжать и согнуть меня еще больше не удавалось, хотя на меня уже разве что только еще верхом не садились. В общем, все оказалось тщетно, и прозвучал страшный приговор: поскольку защитный элемент не фиксируется, а без него по правилам FIA выезд на трассу запрещен, я не поеду. Это был страшный удар! Вне себя от огорчения, сопровождаемый сочувственными репликами и похлопываниями по плечу я пошел куда глаза глядят, прочь от гаражей...

Попытка - не пытка? Это как сказать...

Минут через десять на другом конце автодрома, где я пытался как-то отвлечься, общаясь с готовящимся к тренировке Романом Русиновым, меня нашел запыхавшийся посланник Minardi: «Сэр, господин Стоддарт, узнав, что случилось, послал меня найти вас и сообщить, что он постарается решить проблему. В машине, которую пилотирует он, пассажирский отсек чуть больше, длиннее». Спустя несколько минут я, спешно вернувшись в гараж, услышал то же самое из уст самого Пола, а затем и всех, с кем сталкивался. Судьба российского журналиста, невольно оказавшегося за обочиной этого праздника автоспорта, казалось, волновала всех более всего.

Я, конечно, воспрянул духом! У меня появился шанс прокатиться с самим Полом Стоддартом! Одно было скверно: дабы не нарушать уже установленную очередь, мне предстояло ждать до самого вечера. Положение усугубилось тем, что до этого момента мне категорически запретили «осуществлять пищеприем». На радостях я готов был согласиться не есть не только до вечера, но и вообще никогда. Однако же, когда настало время обеда, и из-под гостевого шатра Minardi потянулись ароматнейшие запахи, я понял, что в ближайшие часы мне придется нелегко. Достаточно было посмотреть на всю эту уплетающую за обе щеки одно блюдо за другим публику, чтобы навсегда возненавидеть все человечество. Спустя еще некоторое время терпеть эти муки стало уже совсем невозможно, и я счел наилучшим выходом вновь удалиться на другой конец автодрома поболтать с нашими гонщиками, поведав перед уходом о своем несчастье радушной и румяной «начальнице пищеблока». Она-то на сей раз меня и отыскала: «Я только что обсудила вашу проблему с профессором Уоткинсом, и он заверил меня, что полтарелочки спагетти вам совершенно не повредят».

Давно уже я не радовался так чему-то, как этим словам. Спустя считанные мгновения я уже стоял перед длинным «шведским столом», уставленным всевозможными блюдами, в числе которых были и рекомендованные мне спагетти. А спустя еще несколько мгновений дозволенные полтарелочки этого ароматного блюда уже приятно наполняли и согревали мой желудок. Потом туда же отправились еще полтарелочки того же. Потом еще полтарелочки картошечки с зеленью и грибами, полтарелочки тушеного мяска и внушительных размеров тарелочка салата. Потом к ним присоединилась увесистая вазочка с фруктами и штук пять или шесть вкуснейших пудингов и пирожных, не съесть которые было просто невозможно. Это не говоря уже о литрах выпитого сока и лимонада. Одним словом, тормоза у меня попросту отказали. И только наевшись досыта, я осознал весь ужас содеянного. Даже для того чтобы встать из-за стола, мне пришлось сделать изрядное усилие, а комбинезон на животе, казалось, уже просто трещал по швам. Что же теперь было надеяться на то, чтобы уместить свое и без того не отличающееся скромными размерами и весом тело в прокрустово ложе «формулы»?!

На выходе из гостевого шатра я столкнулся со своим «опекуном». Подозрительно оглядев меня, он спросил: «Ты что там делал?! Так-так-так. Ну что ж, теперь пеняй на себя, я ведь тебя предупреждал». А в ответ на мой отчаянный вопрос, что же теперь делать, прозвучал страшный приговор: «Теперь придется ждать, пока ты, как Винни Пух, не похудеешь».

К счастью, к моменту второй попытки уместиться в машине Ф-1 все съеденное уже улеглось. Но зато над Донингтоном разразился ливень. «Кому суждено быть задушенным - не утонет!» - бодро подумал я перед тем, как передать себя в крепкие руки механиков.

Пассажирский отсек в «двухместнике» Стоддарта и впрямь оказался несколько просторнее. Меня вновь стали утрамбовывать со всех сторон и сдавливать ремнями. Наконец, какой-то здоровый верзила надавил на плечи так, что внутри меня все буквально затрещало и... злополучный «пояс безопасности» защелкнулся. Дать знать, что я не в состоянии дышать, я мог уже только мимикой лица. Защитная «подкова» давила на меня, словно я держал на своих плечах слона. И именно так, в позе эмбриона с торчащей наружу головой я и выкатился на старт. На прощанье механики «подбодрили» меня, сообщив, что «красная кнопка» в этой машине не работает и посоветовав в случае чего просунуть руки вперед и щипать пилота за все, что попадется.

Очевидное - невероятное

Мне доводилось самому гоняться в кузовных гонках, но ни в какое сравнение с автомобилем Формулы-1 они по своей динамике не идут. Причем надо сразу заметить, что бытующее представление о езде на машине Формулы-1 как о «стремительном полете ракеты на колесах» не имеет ничего общего с действительностью. Пресловутый «полет» можно скорее ощутить за рулем обычной, но достаточно мощной дорожной машины на хорошей автостраде. В Формуле-1 все совершенно иначе. Здесь это практически непрерывная череда разгонов и торможений. Причем сразу же понимаешь, почему пилоты-новички, описывая свои первые впечатления от автомобиля Формулы-1, изумляются именно ни с чем не сравнимой динамике разгона и торможения. Попробуйте представить, что скорость, которой на взлете достигает, например, пассажирский самолет, грузно пробегая всю взлетную полосу, автомобиль Формулы-1 развивает практически мгновенно, словно «выстреливаясь» вперед. Торможение с этой скорости впечатляет еще больше. Его даже резким-то в привычном понимании не назовешь. Оно тоже фактически мгновенное, будто машина наталкивается на невидимую стену. Тебя при этом, естественно, то вдавливает в спинку, то со всей силы шарахает вперед, отчего привязные ремни, кажется, вот-вот порвут тебя на британский флаг. И так - каждые несколько секунд: сумасшедший разгон - невероятное торможение, разгон - торможение... Участки трассы между поворотами поначалу просто не успеваешь заметить, машина «проглатывает» их за один миг.

Собственно же скорость в полной мере позволяет ощутить относительно прямой и достаточно длинный участок трассы с двумя подряд (левый и правый) быстрыми поворотами, который пилоты проходят в режиме «газ в пол» С непривычки невольно вспоминаешь бумаги, которые подписывал недавно. Во-первых, когда на скорости под 300 км/час машина под проливным дождем входит в поворот, ты совершенно точно знаешь: она не удержится на трассе, это просто невозможно, так не бывает. Но она проходит поворот без малейшего сноса, как «приклеенная». Во-вторых, на такой безумной скорости машина проносится буквально в сантиметрах от внушительных столбов, которыми зачем-то обозначены внутренние радиусы поворота, но кажется, что она несется прямо на них и вряд ли с ними разминется. Одним словом, слабонервным девушкам есть от чего упасть в обморок.

Еще очень впечатляет прохождение участка с резким перепадом высот, своего рода «трамплина»: сначала кажется, что машина из-под тебя вдруг провалилась вниз, а долей секунды спустя чувствуешь, что летишь вслед за ней в эту «воздушную яму».

Ощущения от поездки были столь сильными, что мое скрюченное в кокпите туловище перестало напоминать о себе, и голова - единственная часть тела, которой я мог относительно свободно шевелить, - стала жить своей самостоятельной жизнью. Правда, мощный встречный поток воздуха, попадая снизу под шлем, и впрямь, как меня предупреждали, норовил сорвать его прочь вместе с головой. С другой стороны, я убедился в мифичности еще одного представления о Формуле-1: окружающие трассу строения, люди и предметы вовсе не сливаются в единое и неразличимое целое, а были вполне отчетливо видны даже на максимальной скорости. А вот дождь, как ни странно, практически не ощущается, он словно испаряется вокруг тебя, пока не попадешь в шлейф брызг от идущей впереди машины.

Звук мотора не оглушает так, как когда стоишь рядом с машиной. Он остается где-то сзади и мешает не более, чем жужжание мухи. Куда громче лязгает механизм переключения передач, и то эти жесткие толчки не столько слышишь, сколько ощущаешь телом. Как и бесчисленные неровности трассы, включая бордюры, немилосердно передающиеся через очень жесткую подвеску - как на велосипеде без амортизаторов.

К концу последнего круга, когда уровень адреналина постепенно пришел в норму, стянутое и измученное ремнями тело все-таки дало о себе знать. Быть может, поэтому я вовсе не ощутил болей в шее, которые порождают перегрузки при езде на машине Ф-1 и на которые, как правило, жалуются новички. Когда, наконец, защитную «подкову» сняли и ремни расстегнули, я ощутил себя словно заново родившимся. А выбравшись из кокпита самостоятельно, что удавалось отнюдь не всем, заслужил одобрение встречавших. Сцена напоминала заключительные кадры какого-нибудь американского остросюжетного фильма: огромная толпа людей радостно хлопала и кричала что-то вроде: «Борис, ты сделал это!» Не скрою, слышать это было приятно.

Лишь мой «опекун» попытался «дискредитировать» меня в глазах мировой общественности. Стоило мне выбраться из кокпита, как он во всеуслышание воскликнул: «Э-э, Борис, да ты все-таки промочил штаны!» Парировать было нечем, это была истинная правда. Не только у меня, но и у остальных только что откатавшихся пассажиров комбинезоны пониже спины были мокры насквозь. Такие шутки играет аэродинамика машины Ф-1: сверху ты совершенно сухой, поскольку дождь вместе с воздушным потоком тебя обходит стороной, а снизу - мокрый, поскольку тот же поток засасывает воду вглубь кокпита.

Девушки, шампанское и рок-н-ролл

На следующий день мне сильно повезло - я удостоился чести прокатиться с самим Дэмоном Хиллом. В течение первого же дня я успел познакомиться и пообщаться с ним. Однако проблема была в том, что очередь пассажиров, закрепленных за чемпионом мира, сплошь состояла из состоятельных людей, которые могли позволить себе заплатить за это удовольствие не менее 5 тыс. английских фунтов (около 9 тыс. долларов США). Счастье улыбнулось мне, когда Дэмон во время очередного короткого общения с ним за чашкой кофе в самом конце субботних заездов вдруг предложил: «По моему списку пассажиры на сегодня уже закончились. Пойдем, я прокачу тебя пару-тройку кругов. Думаю, что твой репортаж об этом будет стоить не меньше чем 5 тысяч фунтов».

Опуская на сей раз подробности своих мучений, связанных с посадкой в машину, скажу лишь, что приобретенный накануне опыт оказался полезным, да и шанс проехать с самим Хиллом вдохновлял на подвиг. На трассу вместе с нами выехали еще несколько машин, и Дэмон благодаря этому смог имитировать эпизод гонки, включающий самый настоящий обгон. Должен сказать, что из машины это выглядит куда стремительнее, но при этом и куда эффектнее, нежели со стороны. Что же касается различий в стиле пилотажа, то, грешен, особой разницы я не почувствовал. Но само осознание того, что я несся по трассе Донингтона в машине, которой управлял чемпион мира, дорогого стоило. К тому же представившаяся мне возможность была ценна еще и потому, что в самой воскресной гонке, увы, ни мне, ни другим «простым» гостям участие не светило. Поскольку основной целью «Грома в парке - 2» был все же сбор средств для вышеупомянутых благотворительных организаций, право быть пассажирами было предоставлено опять же состоятельным людям, которые посредством аукциона заплатили за это максимальные суммы, и победителю проведенного в газетах специального конкурса.

Сама гонка, состоящая из 12 кругов, прошла отменно, согласно всем правилам и традициям Формулы-1, включая даже вылеты, хотя на сей раз, в отличие от прошлого года, никто, к счастью, в аварию не попал. Победил Джорджио Пантано, пассажиром которого был бывший чемпион но боксу в среднем весе Крис Юбэнк, вторым пришел Кристиан Алберс, а третьим Алекс Йонг, Дэмон Хилл был четвертым, затем следовал Пол Стоддарт, Маттео Бобби, Давид Саленс и Марк Уэббер со своими пассажирами. Когда победителя сразу после финиша спросили, как ему удалось опередить куда более опытных соперников - не пригрозил ли ему перед стартом Юбэнк вмазать своим кулачищем в случае поражения, за него ответил сам боксер, как раз снявший в этот момент шлем и широко улыбающийся: «А что, вы думаете, я делал всю дорогу? Вот сейчас Джорджо тоже снимет шлем, и увидите. А вообще, я потрясен. Это круче, чем даже бокс!»

На пьедестале почета веселье продолжилось с еще большей силой. На подиум умудрились взобраться все участники гонки, да еще и «стартовые девушки» одетые лишь в трусики и маечки. Надо ли говорить, что именно на них и ушла большая часть призового шампанского. Особенно резвился победитель, которому каким-то неведомым образом досталась не одна, а пять бутылок шампанского. И все их Джорджио использовал «по назначению». Визгу и хохота было столько, что уши закладывало. Маленький итальянец с улыбкой черта носился по всей площадке и не успокоился, пока не намочил всех без исключения девушек, потом окатил с ног до головы Пола Стоддарта, после чего, наконец, всеобщими усилиями был также «утоплен» в шампанском.

А закончился этот праздник, как и предыдущий, двухчасовым концертом Дэмона Хилла и его группы The Conrods («Рычаги подвески»), исполнивших классику британо-американского поп-рока, включая, конечно же, и песни Beatles. И как человек, в прошлом также отдавший несколько лет жизни рок-н-ролльной сценe, должен сказать, что как гитарист Дэмон меня очень впечатлил - как своей техникой, так и подлинной рокерской страстью.

Веселье весельем, но стоит заметить, что Пол Стодарт в рамках состоявшихся в Донингтоне «демонстрационных» заездов заодно (ловко обойдя запрет FIA на тесты в период между ГП Германии и ГП Венгрии) провел и «смотрины» потенциальных кандидатов на места пилотов Minardi. Ведь помимо двухместных, некоторые из гонщиков «демонстрировали» на трассе и вполне «боевые» (модифицированные прошлогодние PS01) одноместные Minardi. Как бы то ни было, это лишь добавило красок и в без того яркую палитру праздника автоспорта в Донингтон-парке. Даже занудный английский дождь, периодически поливавший автодром и окрестности все неделю кряду, в этот день отдыхал, тучи развеялись и «Гром в парке -2» прогремел среди ясного голубого неба.

Борис Мурадов

Пол Стоддарт

Прощаясь и душевно благодаря организаторов и лично Пола Стоддарта, я не мог не взять у него небольшое интервью, текст которого и приводится ниже.

Пол, удовлетворены ли вы результатами проведенной вами акции?

О, да! Здесь собралось около 25 тысяч человек, две тысячи из которых смогли побывать непосредственно в нашей гостевой зоне и боксах. За три дня мы прокатили рекордное число пассажиров - 102 человека, включая вас. Это ведь фантастический результат! Машины показали себя с лучшей стороны, было лишь несколько мелких поломок (вроде падения давления в системе питания двигателя в машине Алекса), пилоты и механики, вся команда работала потрясающе, и все были очень довольны. И в итоге мы собрали на благотворительные цели более полумиллиона долларов. Так что все прошло замечательно, и я просто счастлив. Спасибо всем, кто принял в этой акции участие, всем 150 членам нашей команды и особенно Дэмону Хиллу за его бесценное и при этом совершенно бескорыстное участие.

Однако же - уж простите меня за не вполне, быть может, корректный вопрос, - Minardi из-за проблем с финансированием сейчас в очередной раз переживает не самые лучшие времена, и поползли даже слухи, что вы вот-вот продадите команду, отчаявшись поставить ее на ноги? Это смахивает на пир во время чумы...

Да, нам сейчас весьма и весьма тяжело. Вообще содержать команду в Формуле-1 становится все тяжелее, если за командой не стоит крупный производитель. Поэтому сейчас я действительно веду переговоры с представителями ряда компаний, которые могли бы войти в число совладельцев и оказывать соответствующую поддержку. Но при этом я все равно намерен остаться главой команды. И целиком ее я продам лишь в том случае, если не останется никакого другого варианта для ее выживания. В любом случае то, что сейчас пишут обо всем этом газеты, содержит мало правды. На данный момент речи о продаже не идет.

Расскажите немного о своих двухместных автомобилях. Насколько они отличаются от «боевых» машин Ф-1?

Очень немногим. Мне даже пришлось просить пилотов не гнать так быстро. Вчера в квалификации Марк и Джорджио показали время всего на три секунды хуже, чем настоящие машины Гран При. Разница главным образом в длине и в том, что «двухместник» за счет пассажира тяжелее примерно на 80 кг. Конструкция, за исключением пассажирской «вставки» в монокок, абсолютно идентичная. Мотор тот же, и шасси, хоть и длиннее, собирается из тех же деталей, что и машины, задействованные в чемпионате Ф-1.

Насколько медленнее предписывается ехать гонщикам, когда они катают пассажиров?

Тоже ненамного. Примерно на 95% от возможного максимума, чтобы не надо было удерживать машину на грани вылета и подвергать пассажира излишнему риску. Но и этого более чем достаточно, чтобы почувствовать мощь и скорость машины Ф-1, как вы сами могли убедиться. Более того, на трассах вроде Монако, этой скорости было бы вполне достаточно, чтобы попасть в квалификационные 107% и занять последнее место на стартовой решетке.

Насколько я могу судить, вы сами получаете большое удовольствие, пилотируя машину Формулы-1. Но где вы находите для этого силы (и немалые), и без того предельно выматываясь в качестве главы крупной компании, шефа команды да еще и устроителя подобных грандиозных мероприятий?

Сам не знаю. Погоняться я и впрямь очень люблю, хотя сейчас это уже и не так легко, как в молодости. Но сейчас больше всего мне хочется глотнуть немного водки и отоспаться.

Борис Мурадов

Категория: №51 (10.2002) | Добавил: LiRiK3t (23.01.2014)
Просмотров: 696 | Теги: №51(10.2002), Калейдоскоп
^Наверх
вход выход Created by LiRiK3t