Меню сайта
Поиск по сайту
Номера журнала
Рубрики журнала
Фотоальбомы
Разное
Пользователи
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс.Метрика

Индекс цитирования.
Главная » Статьи » Номера журнала » №55 (02.2003)

Восьмое чудо света

Восьмое чудо света

 

Хью Лок-Кинг и его жена Этель в начале « прошлого века считались в Англии весьма неординарной семейной парой. И хотя вся их неординарность заключалась лишь в достаточно прогрессивных взглядах и активном образе жизни, для обывателей этого было достаточно, чтобы Хью и Этель прослыли в обществе чудаками. Но, как известно, именно такие чудаки изменяют облик мира. Вот и супругам Лок-Кинг выпала честь открыть славную страницу в летописи британского автоспорта, которая отчасти и обуславливает сегодняшнее безоговорочное лидерство Англии в мире автогонок. Это история о «Восьмом чуде света», воздвигнутом Хью неподалеку от Лондона в 1906 году от рождества Христова

Правь, Британия!

По оценкам современников, Хью был человеком образованным, разносторонним, но при этом по-британски консервативным. У него было четыре серьезных увлечения, верность которым он сохранял всю свою жизнь. Первой страстью Лок-Кинга была, естественно, его красавица жена Этель - в девичестве Гор-Браун - дочь губернатора Тасмании, ставшая женой Хью в 1884 году. Помимо Этель все свободное время Лок-Кинг делил между тремя никак не связанными между собой занятиями: коллекционированием пословиц и головоломок, французскими пуделями и - последнее по порядку, но не по значению - автомобилями. Они с Этель много путешествовали на своем Italia по континенту, и англичанина всякий раз сильно уязвляло доминирование французских и итальянских машин в гонках. Главную причину отставания традиционно передовой британской индустрии Хью видел в отсутствии в Англии подходящего испытательного автополигона (гонки по дорогам общего пользования были запрещены британским законодательством). У итальянских машин тех лет были свои достоинства и недостатки, у французских - свои. Французские фирмы в те годы испытывали свои автомобили в гонках по длинным прямым дорогам, что в итоге и обуславливало их преимущество в максимальных скоростях. У итальянцев же были другие дороги и, соответственно, другой подход к автомобилестроению: их машины заметно уступали французским в максимальных скоростях, но при этом не в пример лучше управлялись и держали дорогу в поворотах. Лок-Кинг считал, что если британцам удастся совместить эти два подхода, то их автомобилям не будет равных в мире. Кроме того, Хью, часто бывавший на континентальных автогонках, имел свой собственный взгляд на автоспорт, считая, (в этом он, впрочем, был далеко не одинок), что соревнования между городами, да и гонки на 100-километровых (и более) трассах, чрезвычайно опасны и малопривлекательны для зрителей, Все это в 1906 году и подтолкнуло Лок-Кинга к идее построить в своем Вейбриджском поместье в графстве Суррей первый в мире стационарный автодром.

Это был не первый большой проект семьи Лок-Кингов. Несколькими годами ранее Хью уже успел заявить о своих организаторских способностях, построив в Каире комфортабельный отель Mena House и устроив в Байфлите Новозеландский гольфклуб. Но все эти проекты не шли ни в какое сравнение с новой задумкой Лок-Кинга. Забегая вперед, скажем, что строительство автодрома в итоге обошлось Хью в 150 000 фунтов стерлингов (не забывайте, что имеются в виду фунты 1906 года, что эквивалентно около 100 млн сегодняшних фунтов), но даже это не остановило Лок-Кинга - будучи одним из самых богатых людей Великобритании, он мог позволить себе потратить на строительство даже такую фантастическую сумму.

Впервые о своей идее Хью рассказал друзьям по британскому автоклубу на званом ужине летом 1906 года. Там же было решено, что первый в мире автодром длиной 2,75 мили будет иметь форму неправильного овала, что позволит прекрасно сочетать скоростные прямые с быстрыми виражами. Окончательно же облик трека сформировали архитекторы, на роль которых Хью пригласил офицера королевской артиллерии Коронеля Холдена и инженера-железнодорожника Дональдсона. Перед ними стояла не самая простая задача. Лок-Кинг решил возвести трек в 20 милях к югу-западу от Лондона на болотистом поле своего Вейбриджского поместья близ Байфлита. Поле пересекала небольшая речушка Вей. Отсюда, как утверждают старожилы, и происходит как название самого поля, так и построенного на нем трека - «Бруклендс» (brook - ручей, land - угодья).

Уже в декабре 1906 года путешественники, отправившиеся на поезде из Лондона в Саутгемптон, могли слышать стук топоров и наблюдать копошащихся на поле вдоль железной дороги землекопов - это первые три сотни нанятых Лок-Кингом рабочих начали выравнивать почву и прорубать двухмильную просеку для дороги из Байфлита. Причем с каждой неделей темпы строительства возрастали: скоро число строителей «Бруклендса» увеличилось до 2000 человек. Автодром рос не по дням, а по часам. Сам трек имел форму неправильного овала с двумя профилированными виражами разного радиуса - с высоты птичьего полета он очень напоминал отпечаток гигантского сапога.

Почти 700-мстровая «Железнодорожная прямая», с которой и началось строительство, располагалась практически параллельно железнодорожной ветке, всего в нескольких десятках метров от полотна. С юго-запада ее венчал большой вираж овала «Байфлит-бэнкинг» радиусом 472,5 м и максимальной высотой трека шесть метров. За ним начиналась так называемая «вилка» - прямая, через сотню метров расходившаяся на две. Первая - «финишная» (длиной около 950 м), название которой исчерпывающе описывает ее назначение, - уходила вглубь трека к зданию автоклуба. Вторая же, слегка изгибаясь внутрь овала, выводила на малый, но куда более высокий вираж «Мемберс-бэнкинг»: радиусом 305 метров и высотой почти до девяти метров (угол наклона до 63º). Такая конструкция, при ширине полотна от 15 до 30 метров и относительно гладком (по тем временам, естественно) бетонном покрытии позволяла даже машинам тех лет проходить круг, не опускаясь ниже 110 км/ч. Всего автодром длиной 2,75 мили (3,25 мили вместе с «финишной прямой») занимал площадь около 136 гектаров, из которых 120 занимали поля и холмы. В процессе его строительства было вынуто 350 тыс. м3 земли, на профилированные повороты ушло 200 000 тонн бетона. Говорят, во время строительных работ даже нашли клад: один из экскаваторов наткнулся на урну с римскими монетами III—IV веков. Правда это или нет, теперь уже вряд ли удастся достоверно установить, но одно несомненно: первый в мире стационарный автодром стал настоящим кладом для автомобильной Британии.

Рождение легенды

По тем временам «Бруклендс» был одним из самых грандиозных сооружений Великобритании. Современники недаром назвали его восьмым чудом света. Эта автомобильная арена теоретически могла принять до четверти миллиона зрителей. Но еше больше поражала великолепно продуманная система безопасности гоночной трассы. По обочинам размещались двурельсовые стальные отбойники, а через каждые 300 метров были построены судейские посты, оборудованные электрическими сиренами и телефонной связью (на многих европейских трассах такие меры безопасности стали нормой лишь шесть-семь десятилетий спустя). Чтобы зрители могли проходить внутрь трека, во время гонок через трассу перекинули три моста и прорыли под «Мемберс-бэнкинг» два туннеля. Еще два туннеля пришлось сделать, чтобы пропустить под полотном трассы пересекавшую овал по диагонали реку Вей. Кроме того, внутри кольца было построено несколько заправочных станций и здание Бруклендского автоклуба. Всего трек мог принять одновременно до 75 гоночных автомобилей.

Самое удивительное, что при всей уникальности «Бруклендса» автодром был построен в короткие сроки - всего за девять месяцев. И уже 13 июля 1907 года мистер и миссис Лок-Кинг к ужасу своих соседей - большинство из них были страшно недовольны строительством «Бруклендса», на долгие годы нарушившего сельскую безмятежность Вейбриджа - устроили званый обед в честь открытия трассы, фактически состоявшегося четырьмя неделями раньше. Вот как описывал репортер журнала Autocar старт первой гонки в истории «Бруклендса» 17 июня 1907 года: «Машины выстроились в два ряда и с той точки, где мы стояли - на холме у «Мемберс-бэнкинг», - «финишная прямая» представляла собой совершенно сюрреалистическое зрелище. Гоночные машины выглядели на ней не более чем игрушками, а возглавляла эту игрушечную кавалькаду миссис Лок-Кинг на стареньком Siddeley». И хотя споры о том, какой же автомобиль первым в мире проехал по стационарной гоночной трассе, ведутся до сих пор (одни полагают, что это была 40-сильная Italia Лок-Кинга, другие - Siddenley, как написано в Autocar, третьи, ссылаясь на Motoring Illustrated от 8 июня 1907 года, отдают пальму первенства 14-сильному Germain), почти все историки признают, что именно Этель стала «крестной матерью» «Бруклендса».

Главная же гонка 1907 года на «Бруклендсе» состоялась через две недели. Номинально в ней участвовали три автомобиля, но, по сути, это все же был театр одного актера - Селвина Фрэнсиса Эджа, решившего воспользоваться невиданными доселе скоростными возможностями автодрома для установления мирового рекорда средней скорости в 24-часовой гонке. Для этой цели он выбрал 60-сильный Napier, естественно, выкрашенный в зеленые британские цвета. А чтобы Эджу и зрителям не было скучно, на трассу в качестве «массовки» выпустили еще два Napier (красный и белый), которыми управляли менявшиеся каждые три часа тест-пилоты фирмы. Селвин же, готовившийся к установлению своего рекорда по специальной программе, решил проехать весь суточный марафон в одиночку, что ему с блеском и удалось. Стартовав в шесть вечера 28 июня, за следующие 24 часа Эдж преодолел в общей сложности 2544,5 км со средней скоростью 106,0 км/ч, перекрыв таким образом предыдущий, установленный в 1905 году, рекорд американцев Мерца и Клеменса (1763,8 км - 73,3 км/ч) более чем на треть. Но важно даже не это, а то, что достижение Эджа продержалось целых 18 лет. Свою роль в этом сыграло и везение: за сутки своей бешеной гонки англичанин ни разу не столкнулся с серьезными техническими проблемами, и из 16 его пит-стопов лишь два длились более пяти минут. Что, впрочем, ничуть не умаляет заслуг Эджа и скоростных качеств «Бруклендса», который с момента своего основания до самого закрытия уже никогда не расставался с почетным званием самого быстрого автодрома планеты.

От расцвета...

То, чего так боялись соседи Лок-Кинга, все-таки произошло: рождение «Бруклендса» изменило жизнь заурядной английской деревни до неузнаваемости. Теперь чуть ли не каждый уик-энд из столицы в Байфлит устремлялись толпы поклонников автоспорта, а надрывный, рвущий барабанные перепонки визг гоночных моторов порой не смолкал на треке сутками. С 1907 по 1914 год «Бруклендс» ежегодно принимал до полутора сотен гонок самых различных классов. Число национальных рекордов, установленных здесь за эти годы, не поддается исчислению, хотя среди них были и поистине эпохальные. Так, 15 февраля 1913 года Перси Ламберт стал первым пилотом планеты, преодолевшим за один час более 100 миль. К сожалению, через восемь месяцев в погоне за очередным рекордом Перси разбился насмерть здесь же на «Бруклендсе». Свидетелем той аварии был лишь один зритель, который рассказал, что на «Мемберс-бэнкинг» у Ламберта неожиданно лопнула задняя покрышка, его Talbot сначала потащило внутрь поворота, а затем буквально вышвырнуло вверх, и гонщик вылетел с самого высокого виража трека. Шансов остаться в живых у Ламберта практически не было.

Между тем гоночный маховик «Бруклендса» с каждым годом набирал обороты. Число стартов постоянно росло, пока в 1915 году Первая мировая война не прервала благополучное существование колыбели британского автоспорта. Именно тогда справа от «вилки» на месте гаражей Italia вырос первый ангар авиационной фирмы Vickers, где развернулось производство военных самолетов. В том, что авиазавод разместился именно на «Бруклендсе», не было ничего удивительного. Ведь именно Хьюо Лок-Кинга многие считали также и «крестным отцом» британской авиации. Еще в конце 1906 года Бруклендский автогоночный клуб объявил специальный приз в 2500 фунтов для пилота, который в течение 1907 года первым облетит трек на самолете. Тогда это, правда, никому так и не удалось, но уже 8 июня следующего 1908 года авиатор Э. Роу на 24-сильном биплане собственной конструкции все-таки поднялся в воздух, совершив первый полет на британском самолете. Годом позже внутри гоночного трека был построен первый британский аэродром, а в 1911 году здесь открылась и первая в мире пассажирская авиакасса, так что последовавшее за этим строительство еще и одного из первых в Англии авиазаводов уже никого не удивило. Гонки же вернулись на «Бруклендс» лишь по окончании войны в 1920 году, когда начался, пожалуй, самый яркий период в истории трека.

Это были годы великого перелома - своеобразный момент истины для автомобильных фирм, когда среди множества зародившихся на заре века кустарных автомастерских начался естественный отбор, приведший одних к краху, а других - к образованию гигантских автомобильных корпораций. И подчас результаты этой борьбы за существование напрямую зависели от итогов бруклендских гонок. Окончательное мировое признание трек получил в 1926 году когда на «Бруклендсе» прошел первый в истории Соединенного Королевства розыгрыш национального Гран При. Однако в том же году случилось и событие, предопределившее скорый закат первого автодрома планеты. Кончина Хью Лок-Кинга стала серьезной утратой для всего британского автоспорта.

...до заката

Поначалу казалось, что трек сможет неплохо существовать и без своего основателя, ведь управление «Бруклендсом» взвалила на свои хрупкие плечи его «крестная мать» Этель. Но, как показало время, леди Лок-Кинг так и не смогла в полной мере заменить мужа, со смертью которого начался упадок автодрома. Уже через два года в 1928 году «Бруклендс» лишился права проведения британского Гран При: самая престижная гонка Туманного Альбиона переехала в Донингтон и никогда больше не возвращалась в Байфлит. С этого момента главным спортивным событием автодрома стали 500-мильные (а позднее - 500-километровые) гонки на призы Британского клуба автогонщиков. Кроме того, очень престижными считались линейные заезды на установление рекорда Тестового холма, проходившие на построенном в 1909 году крутом подъеме длиной чуть больше 105 метров. По сути, это был просто горный спринт, однако британцы до сих пор очень почитают рекорд Р. Нэша, установленный им в 1932 году на Frazer Nash со сдвоенными задними колесами (7,45 с). Абсолютный же рекорд «Бруклендса» остался за восьмилитровым Napier-Railton Джона Кобба, проехавшим в 1935 году круг по треку со средней скоростью 230,8 км/ч. Увы, возможности превзойти это достижение так больше никому и не представилось. Уже в следующем году внутри бруклендского овала развернулось грандиозное строительство новой дорожной трассы, которая, как надеялись владельцы автодрома, позволит ему соперничать с «Донингтоном» и вернуть «Бруклендсу» национальный Гран При. Пока же шло строительство, широкие 100-метровые «крылья» овала изрезали медленными «шпильками».

Новое кольцо, проектированием которого занимался сэр Малькольм Кэмпбелл - знаменитый создатель рекордных «Синих птиц», которые строились тут же, на «Бруклендсе» в сотрудничестве с авиаторами из Vickers, - представляло собой нагромождение из четырех коротких прямых, одним концом соединенных со старым треком в районе «Мэмберс-бэнкинг», а другим - в середине «Железнодорожной прямой». С высоты птичьего полета Трасса Кэмпбелла напоминала огромный гриб, шляпкой которого служил вираж «Мемберс».

Естественно, честь открытия нового кольца была оказана Этель Лок-Кинг, она же вновь, как и тридцать лет назад, стала первым человеком, проехавшим по трассе за рулем Napier 1903 года выпуска. Однако все эти счастливые приметы так и не вернули «Бруклендсу» былого величия. Скорее всего, открытие дорожной трассы вообще было ошибкой. Составить конкуренцию «Донингтону» так и не удалось, зато «Байфлит-бэнкинг» пришел в запустение и начался постепенный захват юго-западной части трека ангарами многочисленных авиационных заводов и летных школ. Окончательно довершила кончину доброго старого «Бруклендса» вспыхнувшая в 1939 году Вторая мировая. Авиационные заводы Vickers мгновенно приобрели стратегическое значение и буквально похоронили под своими корпусами некоторые участки трека, развернув здесь самое крупное в Британии производство бомбардировщиков Wellington (из 11 461 выпущенного в годы войны самолета этой марки 2515 было построено в Бруклендсе).

К 1945 году трек был настолько разрушен временем, авиаторами и немецкими бомбами, что его восстановление было признано нерациональным. В начале 1946 года руины автодрома всего за 330 000 фунтов (не забывайте, что с 1906 года фунт стерлингов обесценился во много раз) были выкуплены Vickers-Armstrong Ltd, и с тех пор «Бруклендс» окончательно стал вотчиной авиации. Именно здесь много лет спустя разрабатывались сверхзвуковые пассажирские лайнеры Concorde. Гоночные же автомобили больше не возвращались на асфальт первой и самой знаменитой гоночной трассы Великобритании разве что в качестве экспонатов местного музея, в котором до сих пор хранится немало машин, некогда стоявших у истоков легендарной биографии «Бруклендса».

Владимир Маккавеев




Категория: №55 (02.2003) | Добавил: LiRiK3t (27.02.2014)
Просмотров: 742 | Теги: история, №55(02.2003)
^Наверх
вход выход Created by LiRiK3t