Меню сайта
Поиск по сайту
Номера журнала
Рубрики журнала
Фотоальбомы
Разное
Друзья сайта
Продажа журналов
Пользователи
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс.Метрика

Индекс цитирования.
Главная » Статьи » Номера журнала » №59 (06.2003)

Долг

Долг

 

Смерть матери - это огромное горе. И все в паддоке Гран При Сан-Марино понимали, насколько сильный удар обрушился на Ральфа и Михаэля, когда утром в день гонки они получили страшное известие. Все искренне сочувствовали их беде, но каждый при этом продолжал делать то, что велит долг.

10 апреля, за неделю до начала Гран При в Имоле Элизабет Шумахер неожиданно упала у себя дома в обморок. В коматозном состоянии 55-летнюю женщину доставили в одну из клиник Кельна, где у нее обнаружили кровоизлияние в мозг. Была сделана срочная операция, по окончании которой, боясь осложнений, врачи предпочли оставить Элизабет в состоянии искусственной комы.

«Ее состояние стабилизировалось, но мы все еще очень волнуемся за нее. Конечно, перед этой гонкой мы всерьез задумались, стоит ли нам вообще выступать в Имоле. Мы поддерживаем постоянную связь с ее врачами, а также нашим отцом, который остался в Кельне», - заявил в четверг Ральф Шумахер, едва прилетев вместе с Михаэлем в Имолу. Участие в ГП Сан-Марино не помешало братьям еще раз проведать мать. Визит был запланирован заранее. Михаэль и Ральф не знали, что увидят Элизабет живой в последний раз.

Всего через 45 минут после окончания субботней квалификации, отказавшись отвечать на вопросы журналистов, касающиеся их матери, Михаэль и Ральф в сопровождении жен на синей Maserati команды Ferrari отправились в аэропорт Болоньи, откуда на личном самолете Ральфа вылетели в Кельн. В 17:45 в аэропорту Кельна их встретил отец, и они отправились в больницу. Элизабет оставалась без сознания, и в начале десятого Михаэль, Ральф, Кора и Коринна уже вернулись в Болонью, чтобы на следующий день братья могли выйти на старт гонки. Однако еще до того, как оба добрались до автодрома, из Кельна пришло страшное известие: рано утром Элизабет скончалась.

О чем говорили и думали в этот момент Михаэль и Ральф, с кем советовались и почему приняли то, а не иное решение, можно только догадываться. Но решение было принято. В 9:30 утра в сопровождении Коринны на автодроме появился Михаэль. Через 40 минут подъехали и облаченные в траур Ральф с Корой. Поскольку FIA избавила обоих братьев от всех формальностей, включая участие в параде пилотов, все четверо тут же заперлись в своих моторхоумах и не выходили оттуда до самой гонки.

Между тем скорбная весть уже облетела паддок, и десятки фотографов и репортеров буквально осадили моторхоум Ferrari. Чем меньше времени оставалось до старта, тем большая толпа собиралась, чтобы запечатлеть раздавленного горем гонщика. В 13:10 первую робкую попытку «разогнать» фотографов предпринял помощник Экклстоуна по оргвопросам Паскуале Латтунеддю, но журналисты не вняли его увещеваниям. На протяжении следующих десяти минут представители Ferrari безуспешно пытались очистить Михаэлю дорогу к боксам, чтобы тот не попал под объективы фотокамер. В 13:20 пресс-секретарь Scuderia Лука Колаяни даже обратился с просьбой о помощи к пресс-делегату FIA Агнес Кайзер, но та лишь бессильно развела руками. Фотографы молча выслушали все призывы к их совести и человечности, но не двинулись с места. Так велел им их профессиональный долг.

В итоге Михаэль, вышедший из автобуса шесть минут спустя с траурной повязкой на рукаве, попал под бешеный обстрел фотовспышек. Сжав губы, он молча прошествовал к боксам и в дальнейшем, чтобы избежать повторения этой охоты, даже не стал вылезать из машины на стартовой прямой. Нелегко пришлось и Шумахеру-младшему.

«Ральф почти все держал в себе, и мы не так много знали о состоянии его матери в последнюю неделю, - признался Фрэнк Уильямс. - Мы получили новость о ее смерти после девяти утра. Конечно, это было ужасно тяжело и для него, и для Михаэля. Думаю, они в принципе были готовы к этому, поскольку за последнюю неделю у нее уже несколько раз останавливалось дыхание. Но в любом случае, я восхищен мужеством Ральфа, поскольку в Формуле-1 нужно быть на 100% уверенным в себе, чтобы сесть в кокпит в таком состоянии».

«Мы бы поняли Михаэля, если бы он отказался участвовать в гонке, - заявил уже после финиша технический директор Ferrari Росс Браун, - но он не сделал этого, превозмог себя и принес команде очень нужную победу. И мы благодарны ему за это».

Однако далеко не у всех поступок братьев Шумахеров вызвал столь безоговорочное одобрение. На следующий день после гонки многие немецкие, итальянские и английские газеты вышли с заголовками вроде: «Зачем тебе эта победа, Шуми?», «Бессердечные герои» и т.д. Нашлись критики и в паддоке.

«Михаэль не хотел стартовать два года назад в Монце после событий 11 сентября, когда погибло три тысячи незнакомых ему людей, так почему же он так легко решился выйти на старт после того, как умерла его родная мать?» - выражал свой скепсис Хуан-Пабло Монтоя.

Так кем же оказались братья Шумахеры? Людьми долга или бессердечными чудовищами?

Был в паддоке по крайней мере один человек, которому однажды довелось пережить подобное и который лучше других знает, что происходило в душе Михаэля и Ральфа. В июле 1997 года, всего через несколько дней после трагической гибели своего отца австриец Герхард Бергер - ныне консультант BMW - вышел на старт Большого Приза Германии и также выиграл ту гонку. «Михаэль точно знает, ради кого он победил сегодня, - заявил Герхард. - Безусловно, это один из самых печальных дней в его жизни, но это здорово, что он сумел посвятить победу своей матери, так же как я когда-то посвятил свою победу отцу. Верхняя ступень пьедестала почета - именно то место, где наши родители больше всего хотели бы нас видеть».

«Я вышел на старт, потому что уверен - мама хотела бы, чтобы я выступил в этой гонке, - заявил Михаэль через несколько дней после своего победного финиша. - Она любила смотреть, как мы гонялись в картинге, и приходила на все мои детские гонки. Родители всегда поддерживали нас и сделали все, чтобы мы могли заниматься этим спортом. (В свое время, когда Шумахеры еще не были столь обеспеченными людьми и Рольф с Элизабет почти все собственные средства вложили в строительство в Керпене картодрома для детей, Элизабет продавала на трассе хот-доги, чтобы хоть как-то свести концы с концами, - прим. авт.). Именно они заложили фундамент наших побед. И эту победу я хочу посвятить маме».

После гонки Михаэль поднялся на пьедестал, хотя FIA предоставила ему право не делать этого. Но от участия в пресс-конференции уклонился. Он сделал то, что должен был сделать, и не испытывал никакого желания объяснять причины своих поступков. И вновь немцу пришлось пробиваться сквозь толпу к машине с тонированными стеклами, подогнанной к заднему выходу из моторхоума. А фотокорреспонденты, плотным строем окружившие автомобиль, молча и упорно делали свою работу. И никто не спрашивал, что происходит у них в душе.

Сыновний долг - это долг перед людьми, которые дали тебе жизнь. Его нельзя оплатить. Тут не помогут ни скорбь, ни стенания. Можно только жить и быть счастливым.

Владимир Маккавеев

Категория: №59 (06.2003) | Добавил: LiRiK3t (27.02.2014)
Просмотров: 666 | Теги: тема, №59(06.2003)
вход выход Created by SeldonSF