Меню сайта
Поиск по сайту
Номера журнала
Рубрики журнала
Фотоальбомы
Разное
Пользователи
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс.Метрика

Индекс цитирования.
Главная » Статьи » Номера журнала » №5 (12.1998)

Хромой ангел

Хромой ангел

 

Поначалу боялись полиомиелита, свирепствовавшего в Новой Зеландии в первые послевоенные годы. К счастью, опасения не подтвердились. Врачи говорили, что редкая у детей хворь, болезнь Перта, привязалась к Брюсу Мак-Ларену после того, как он сильно ушиб ногу. Где, когда – разве уследишь за 9-летним сорванцом? Может быть, он повредил бедро, когда упал с лошади на ферме своего дяди. Или когда катался с горки на самодельной тележке у самого дома, в пригороде Окленда, Ремуэре. А ведь Брюс еще был капитаном школьной команды по регби, а этот вид спорта совсем не для неженок.

Сегодня считается, что болезнь Перта не требует активного лечения. Но в 1947 г. мальчишку уложили в больницу, и ногу на несколько месяцев заковали в гипс. Три года Брюс провел в специальном интернате для детей с физическими отклонениями, еще год учился дома и только в 1951 г., 14-летним, вновь пошел в школу. Но левая нога, по всей видимости, из-за неверного лечения, так и осталась почти на четыре сантиметра короче правой.

Брюс носил специальную обувь, однако легкая хромота, так же, как добрая улыбка и мощные плечи – многие месяцы ему пришлось ковылять на костылях – отныне стали отличительным признаком этого человека. Человека, у которого за всю его короткую жизнь, похоже, совершенно не было врагов. Что, согласитесь, больше похоже на сказку.

Врачи запретили ему заниматься регби, баскетболом, футболом и прочими контактными видами спорта. Так что с мечтой стать капитаном «Черных» – сборной Новой Зеландии по регби – пришлось расстаться. Но Брюс старался не унывать и занялся греблей. А чуть раньше отец, владелец автомастерской и гонщик-любитель, приобрел старенький английский Austin-7 Ulster, чтобы сделать из него заправский гоночный аппарат. Главным помощником стал сын, так что через год, когда маленький автомобильчик с 26-сильным мотором в 750 куб. см выкатился из ворот гаража, Брюс Мак-Ларен уже твердо знал – он будет автогонщиком.

На следующий день после своего 15-го дня рождения Брюс получил водительские права и через несколько дней вышел на старт своей первой гонки. А через 6 лет, 30 августа 1958 г., диктор английского автодрома Брэндс-Хэтч, представляя зрителям участников, сказал: «Обратите внимание на этого молодого новозеландца. Всего лишь четыре воскресенья назад этот талантливый гонщик устроил настоящий фурор на Нюрбургринге, когда за рулем 1,5-литрового Cooper формулы-2 занял 5-е место в этапе чемпионата мира Ф-1. А ведь сегодня Брюсу Мак-Ларену исполняется всего лишь 21 год. Давайте все вместе поздравим будущего чемпиона!». И болельщики запели «Счастливого дня рождения!».

Брюс ворвался в мировую элиту стремительно. В феврале 1958 г. дипломированный строитель мостов – он окончил университет в родном Окленде – отправился в Европу, получив стипендию Новозеландской автогоночной ассоциации Гран При как самый талантливый пилот своей страны. Следующей зимой стал членом заводской команды Cooper – сильнейшего тогда коллектива Формулы-1. В декабре 1959 г. одержал свою первую победу в чемпионате мира, выиграв Гран При США. А к июню 1960 г., после победы в Большом Призе Аргентины и 2-го места в Монако, Мак-Ларен уже лидировал в первенстве планеты.

Удивительное это было время! В Формуле-1 стартовали живые легенды – Стирлинг Мосс и Хосе Фройлан Гонзалес, опытные и уже вырвавшиеся из тени великих, но еще отнюдь не пресытившиеся победами Джек Брэбэм, Йоаким Боннье, Клифф Аллисон, Тони Брукс, Вольфганг фон Трипс. А вместе с ними за Большие Призы бились совсем молодые Джим Кларк, Джон Сэртиз, Люсьен Бьянки. Брюс был самым молодым. Потому неудивительно, что лидерства своего все же не удержал и уступил чемпионский титул старшему партнеру по команде – «Черному Джеку» Брэбэму. Не исключено, что сыграло свою роль еще и то обстоятельство, что Мак-Ларен питал к австралийцу величайшую признательность, считая, что именно Брэбэм присоветовал новозеландцам отправить в Европу его, Брюса. Кроме всего прочего, Мак-Ларену было всего 23 года. Впереди – вся жизнь и столько побед!

Тогда, в 1960 г., у него практически не было свободных выходных, а если и выдавались дни отдыха, то только по средам. В четверг Брюс отправлялся на трассу за рулем собственного – он купил его у Бетти Брэбэм – Mini. (Представляете себе сегодня, скажем, Ральфа Шумахера или Джанкарло Физикеллу в дешевеньком Fiat Seicento? А ведь на их счету пока ни одной победы в Ф-1!) В пятницу и субботу – тренировки, в воскресенье – гонки, понедельник и вторник зачастую приходилось проводить на заводе команды, и лишь среда оставалась не занятой.

И хотя Брюс был профессиональным пилотом в полном смысле слова, получал он за свою работу по нынешним меркам гроши. Их хватало лишь на то, чтобы платить 6 фунтов в неделю механику и менеджеру одновременно, другу еще со школьных времен, Филу Керру. На двоих юноши снимали однокомнатную квартиру в английском городке Сурбитон. Всю обстановку составляли две кровати, два стула, стенной шкаф и газовая плита на крошечной кухоньке. Ванну, расположенную на лестничной площадке, приходилось делить с другими жильцами дома.

На завтрак готовили себе кофе, заедая его рогаликами. Обед был понятием весьма относительным, ибо зависел от места, где Брюс с Филом в данный момент находились, и от наличия мелочи в карманах. А ужин – сосиски, бекон, фасоль, всего 1 шиллинг и 9 пенсов – проходил обычно в кафе «Ник» рядом с угольными складами на берегу Темзы. И лишь раз в неделю (что, впрочем, отнюдь не было правилом), по средам, молодых людей приглашали на настоящий обед – гостеприимные Брэбэмы угощали их жарким домашнего приготовления.

Брюсу некогда было даже жениться! Разве приведешь будущую хозяйку в однокомнатную холостяцкую квартиру! Мак-Ларен познакомился с Петти Броуд перед самым отъездом в Европу, зимой 1958 г. Молодой симпатичный парень, только что выигравший гонку, подкатил к деревенской танцульке на папином Jaguar – представляете, какое впечатление он произвел на девушек местечка Тимару? Обручились они зимой 1960 г., а в следующий наезд Брюса домой, в 1961 г., поженились в Крайстчерче.

Только теперь у Мак-Ларена появились кое-какие средства. Победы в многочисленных коммерческих гонках позволили Брюсу купить жилье получше. На двоих с Керром у них теперь были две спальни, столовая, довольно большая кухня и – наконец-то! – ванная комната, которую не приходилось ни с кем делить. «Брюс никогда не был слишком аккуратным, – вспоминал с улыбкой Фил, – и не выказывал ни малейшего желания таким стать. Поначалу предполагалось, что мы будем по очереди вести хозяйство, но насколько помню, работа по дому была последней из его забот. Когда Брюс уезжал, я приводил квартиру в порядок, но уже через пять минут после его возвращения все опять было вверх дном. От самой двери дорожка из одежды, чемоданов, обуви, пакетов тянулась в столовую, затем в его комнату и, наконец, в ванную, откуда уже слышался веселый плеск. Все это слегка напоминало небольшой тайфун».

Но если материальное благополучие Мак-Ларена неуклонно улучшалось, его успехи в Формуле-1 застопорились. Cooper не сумел приспособиться к изменившимся техническим требованиям и из команды-лидера постепенно превращался в середнячка, а потом и аутсайдера. А Мак-Ларен упорно хранил редкую даже для тех «неоромантических лет» верность Джону Куперу, первому поверившему в него хозяину «конюшни» Формулы–1.

Дважды в последующие годы он был седьмым, по разу шестым и восьмым и лишь в сезоне 1962 г., когда Cooper-T60-Climax держался более-менее на уровне конкурентов из Ferrari, Lotus, BRM, новозеландский гонщик вновь блеснул, выиграв Гран При Монако и став бронзовым призером чемпионата мира.

Заговорили о том, что звезда Мак-Ларена закатилась, так, собственно, и не успев взойти. Что Брюс вовсе не так талантлив, как Кларк, Хилл, Сертиз или Бандини. Что не хватает новозеландцу упорства, агрессивности, напора. «Есть пилоты, – писал директор команды McLaren Тедди Мейер, – которые превосходят сами себя в битве за победу, атакуют меньше, когда они четвертые или пятые, и совсем успокаиваются, если занимают место в конце первой десятки. Именно таким был Брюс. Он показывал великолепное мастерство, когда знал, что есть шанс выиграть гонку, и спокойно выжидал, не ввязываясь в драку, если такого шанса не видел».

Кроме того, Мак-Ларен не отличался крепким здоровьем. В конце длинной гонки давала себя знать поврежденная в детстве нога, к тому же один глаз Брюса видел хуже. На медкомиссии перед Гран При он, читая таблицу, сначала закрывал слабый глаз правой рукой, а затем – левой. Один лишь раз Мак-Ларену не удалось обмануть врача – перед стартом в Индианаполисе в 1968 г. Тогда, к счастью, он справился с таблицей и был допущен к соревнованиям. Но мало кто знал, что от утомления зрение Брюса еще ухудшалось…

И все же новозеландец не ушел в тень. Другие выигрывали гонки и получали чемпионские звания, а популярность Брюса отнюдь не шла на убыль. Его любили все. Болельщики – за неизменную улыбку и легкую хромоту. Соперники – за то, что Брюс относился с уважением ко всем своим товарищам на гоночной трассе и вне ее, умел быть душой компании и никогда не сваливал вину при столкновениях на другого. «Удивительный человек! – восхищался один из руководителей Американского клуба спортивных автомобилей Джим Кейсер. – Ему не было необходимости строить из себя что-то. Он везде был обаятельнейшей личностью – и перед телекамерами, и на пресс-конференциях, и перед стартом гонки – умный, скромный, приветливый. Замечательный парень!»

Но больше всего ценили его инженеры, механики и хозяева гоночных команд. Ибо Брюс показал себя выдающимся гонщиком-испытателем. «После серии тестов, – говорил один из руководителей гоночной программы Ford Рой Лан, – он был способен точно определить проблему. Но главное, он уже знал, как ее нужно решить! Брюс был превосходным сочетанием пилота, гоночного инженера и конструктора-проектировщика. Он умел слушать и умел донести до других свои замечания и идеи».

Лан знал, что говорил – ведь именно Мак-Ларен в 1966 г. принес первую победу Ford-GT40 в 24-часовой гонке в Ле Мане после двух сезонов унизительных поражений. И благодаря подготовительной работе новозеландца над регулировками машины американцы Генри и Фойт повторили успех в Ле Мане ’67.

1966 г. стал вообще поворотным для Брюса. Именно тогда он решил уйти из Cooper, организовать собственную команду и, мало того, принять участие в американских гонках Can-Am и состязаниях IndyCar.

«Пыл Гран При сродни пылу настоящей битвы, – писал Брюс. – Гонка объединяет людей или может развести их навсегда. За восемь лет в команде я не могу вспомнить сколько-нибудь серьезного конфликта между Джоном Купером и мной. Когда я пришел к нему, я был еще очень молод и краснел, как девушка, слушая анекдоты Джона. Я провел эти годы ученичества, с 20 до 28 лет, окруженный такими замечательными людьми, как Джон и Чарльз Куперы, Джек Брэбэм, Рой Сальвадори, Кен Тиррелл. И в немалой степени их влияние, пример и успехи помогли мне прийти к мысли основать собственную «конюшню».

В этих словах – весь мир Мак-Ларена. С первых шагов в автоспорте и до последнего дня, когда он был уже удачливым гонщиком, солидным бизнесменом, авторитетным администратором и признанным конструктором, Брюс отличался почти невероятной скромностью, никогда не выпячивая собственных заслуг и всячески афишируя таланты своих помощников. В конце 1968 г., когда McLaren выиграли второй подряд Канадо-американский кубок, Брюса величали «королем Can-Am», а его команда заняла 2-е место в Кубке конструкторов в Ф-1, новозеландцу присудили «Трофей «Феродо» – «За создание машин, способных побеждать в Формуле-1 и группе спортивных автомобилей». И, получив эту почетнейшую в спортивном мире 60-х награду, Брюс, с присущей ему скромностью, сказал: «Не знаю, смогла бы команда сделать эту работу без меня, но абсолютно уверен, что сам не сумел бы этого достичь без них».

Именно на месте хозяина и пилота собственной «конюшни» в полной мере проявился талант этого человека. В нем счастливо соединился огромный технический опыт – еще с тех времен, когда в отцовской мастерской Брюс доводил до ума старенький Austin, и потом, когда помогал инженерам Cooper проектировать коробку передач для Формулы-1, и позже, когда руководил работой профессиональных конструкторов Робина Херда и Гордона Коппака – с талантом испытателя, мастерством пилота, чутьем и тактом руководителя.

А ведь поначалу мало кто верил в успех начинания Брюса. Трехкратный чемпион мира Брэбэм очень сомневался, что «Брюс способен построить машины такого калибра и такого качества, которые будут выигрывать в Формуле-1». Но Мак-Ларен непоколебимо верил в успех и заряжал своей уверенностью окружающих. «Мы готовы были расшибиться в лепешку, чтобы побить их всех!» – вспоминал Майер.

И после двух сезонов сплошных неудач победы, наконец, пришли. Весной 1968 г. Мак-Ларен и его земляк Денни Хьюм выиграли две гонки Ф-1, не входившие в зачет чемпионата мира. В июне Брюс добыл Гран При Бельгии, а Денни в сентябре – Италии и Канады. McLaren-M7A уступил лишь признанной звезде сезона – Lotus-49. Перед Брюсом и его командой открывалась замечательная перспектива. В 32 года он успел достичь того, чего владельцу Lotus Колину Чэпмену и Джеку Брэбэму пришлось ждать до сорока. «Можно только предполагать, где бы мог оказаться Брюс к сорока годам, – писал один из самых известных автогоночных журналистов Йон Янг. – Для меня Мак-Ларен превзошел всех своих современников, и, думаю, его команда стала бы несравненной, единственной в своем роде».

…Утро 2 июня 1970 г. выдалось теплым и солнечным. Брюс приехал на трассу в английском Гудвуде, чтобы испытать новый McLaren-M8D для гонок Can-Am. Накануне он прилетел из Штатов, где команда участвовала в Indy-500. Новозеландец был полон новых идей, говорил, что хочет заканчивать карьеру пилота и сосредоточиться на руководстве «конюшней», разработке новых машин, которые обязательно выиграют знаменитую американскую гонку, – он уже знает, каким должен быть этот автомобиль.

Тесты продолжались полтора часа, когда в 12:19 оранжевая громадина, глухо ревя 670-сильным мотором, в последний раз рванулась из боксов. Еще пара кругов, и можно устроить перерыв на ленч. В 12:21 Брюс с заметным заносом задних колес вошел в последний перед финишем поворот. McLaren вылетел с трассы и ударился о бетонное ограждение судейского поста на финишной прямой. Когда механики и спасатели подбежали к обломкам машины, Брюс Мак-Ларен был мертв…

«Слишком часто одному из нас приходится расплачиваться собственной жизнью за желание быть хоть чуть-чуть быстрее других, – писал Брюс в апреле 1968 г., после гибели Джима Кларка. – И слишком часто собственной жизнью приходится платить просто за то, что оказался в неподходящем месте в неподходящий момент. И ничего в этом нельзя изменить. Мы это принимаем как должное. Мало того – получаем от своей работы огромное удовольствие».

Александр Мельник


Категория: №5 (12.1998) | Добавил: LiRiK3t (05.03.2012)
Просмотров: 1724 | Теги: №5(12.1998), история
^Наверх
вход выход Created by LiRiK3t