Меню сайта
Поиск по сайту
Номера журнала
Рубрики журнала
Фотоальбомы
Разное
Пользователи
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


Яндекс.Метрика

Индекс цитирования.
Главная » Статьи » Номера журнала » №65 (12.2003)

Хуан-Пабло Монтоя

Хуан-Пабло Монтоя

 

«Как оказалось, Михаэль не так уж и непобедим»

Текст: Борис МУРАДОВ

«Монтоя - чемпион мира 2003 года?» и «Конец безраздельному господству Михаэля Шумахера - наступает эра Монтои!» - примерно такими заголовками пестрели средства массовой информации во второй половине минувшего сезона после серии блистательных выступлений колумбийского пилота BMW.Williams, позволивших ему, несмотря на провальное начало чемпионата, потеснить со второго места в личном зачете Кими Райкконена и вплотную приблизиться к лидеру, Михаэлю Шумахеру.

Благодушный монстр

Однако же достаточно было Хуану-Пабло в трех последних гонках сезона последовательно просто проиграть лидеру, угодить в столкновение с его партнером и сойти из-за технической неисправности в машине, чтобы минимальное отставание всего в одно очко, отделявшее его от действующего чемпиона, превратилось в непреодолимую пропасть «шириной» уже в одиннадцать очков, в результате чего даже и утешительное вице-чемпионское звание досталось не ему.

Но если в середине чемпионата, в ходе Гран При Франции он, разъяренный проигрышем собственному партнеру и потерей времени из-за одновременного с ним пит-стопа, поливал команду по радио отборнейшими ругательствами, то в самом конце сезона, давая нижеследующее интервью, Хуан-Пабло был, по крайней мере внешне, совершенно расслаблен и умиротворен, даже непринужденно позевывал, по-домашнему устроившись на диванчике в «жилой» зоне командного моторхоума. Совсем не «монстр», как его зовут в паддоке. По всей видимости, продемонстрировав всем и осознав сам, что при наличии хорошей машины потенциал позволяет ему уверенно бороться за чемпионский титул, он уже более философски относится к конечной неудаче.

На любой вопрос Монтоя отвечает без запинки и по-английски говорит свободно, даже бегло, причем на американский манер, что придает всему сказанному им большую убедительность. Да и вообще, в отличие от «человека-невидимки» Михаэля Шумахера или того же нелюдимого Кими Райкконена, Монтоя ведет в паддоке весьма открытую жизнь, не прячется в моторхоуме, предпочитая вместе со своей обаятельной женой Конни быть на людях, постоянно с кем-то общаться.

Конни, кстати, отмечает, что «в жизни он - словно девятилетний мальчишка» - такой же шебутной, задорный и охочий до простых человеческих радостей. Молодые супруги с восторгом предаются совместным компьютерным играм или, например, «сражаются на сковородках», соперничая в приготовлении различных блюд.

Часть своего и без того чрезмерно занятого времени Хуан-Пабло уже третий год отдает работе в качестве Посла доброй воли ООН, занимаясь проблемой бездомных, незаконных эмигрантов и других отверженных, которых так много в его родной Колумбии.

Правда, на родине Монтоя не рискует появляться под охраной менее десятка телохранителей - не из-за страха, что его убьют, впрочем, а из-за вполне обоснованного опасения, что он может подвергнуться похищению со стороны местных бандитов и боевиков. По той же причине и его отец Пабло, мать Либия и брат Фредерико живут не в своем старом доме в Боготе, а в более чем благополучном пригороде Майами. Да и у него самого помимо квартиры в Монако имеется вилла в лучшем районе Майами, о размерах и роскоши которой можно судить уже по одному лишь гаражу: в нем содержится ни много ни мало 27 очень дорогих автомобилей.

При всем том Монтоя у себя на родине - культовая фигура. По данным социологических опросов его популярность превышает популярность недавно избранного президента Колумбии Альваро Урибе. Любое его появление здесь вызывает массовую истерию, сравнимую разве что с приснопамятной битломанией. А за его победным финишем на «Хоккенхаймринге» в Колумбии посредством телетрансляции следила, согласно данным мониторинга, ликующая аудитория численностью 27 млн человек, тогда как все население страны составляет 40 млн человек, многие из которых вообще не имеют телевизора!

Закончили мы нижеприведенный разговор уже тогда, когда стало ясно, что шансов на победу в чемпионате у Монтои не осталось, но начался он чуть раньше, перед Гран При Италии, когда Хуан-Пабло был максимально близок к титулу чемпиона мира и последняя на тот момент победа в споре с Михаэлем Шумахером - победа в Гран При Германии - была именно за ним.

 

Возгорится ли из искры пламя?

Хуан-Пабло, в твоих выступлениях в первой трети сезона, за исключением самой первой гонки, не было ни малейшего намека на последующий феноменально успешный прорыв. Придал ли тебе этот прорыв дополнительную веру в себя?

Нет, ведь в начале года все дело было лишь в несовершенстве техники. Просто затем машина стала значительно лучше, нежели была прежде, и, пожалуй, в чем-то даже превосходит технику, которой располагают ближайшие соперники. А в себе я был уверен точно так же, как и сейчас, - я всегда стараюсь выжать из себя лучшее, на что способен. И когда машина настолько хороша, что позволяет реализовать старания гонщика, тогда и результат соответствующий.

Другое дело, что я уже приобрел должный опыт, стал гораздо лучше чувствовать машину - настолько, насколько нужно для того, чтобы хорошо выполнять свою работу.

Чувствовал ли ты грандиозный скрытый потенциал Williams FW25 изначально, или же, раскрывшись, он стал для тебя приятным сюрпризом?

Не то и не другое. Теоретически мы знали, что новая машина должна быть очень хороша, но что над ней, конечно же, придется еще поработать по ходу начала сезона. Просто не ожидали, что разница между желаемыми и реальными характеристиками будет столь огромна. Но мы знали, над чем именно надлежит работать, какого результата мы должны и можем достигнуть, и у нас все получилось.

То есть и машина, и опыт позволили тебе в этом году полностью раскрыть свой потенциал и таким образом войти в число лидеров чемпионата?

Полностью? Нет, не думаю, ведь мой потенциал тоже ежегодно повышается. Не думаю, что и Михаэль, несмотря на свои многочисленные победы, уже полностью раскрыл свои возможности. Все мы продолжаем учиться, развиваться. Если ты реализовал весь свой потенциал, в чемпионате тебе больше делать нечего.

Однако же в последних гонках сезона твоя скорость - во всяком случае, в сравнении со скоростью пилотов Ferrari - заметно упала. Понятно, что на каждой трассе шины ведут себя по-разному, но все же от гонки к гонке в их характеристиках отмечается некий «сквозной» прогресс. А тут вдруг этот скандал с шинами Michelin, их конструкцию пришлось срочно менять... Не в этом ли было все дело?

Нет, особой разницы в качестве шин я не почувствовал. Конечно, шинный фактор важен, но не стоит его и преувеличивать, будто только от него и зависели наши успехи. Нет, этот фактор в конце сезона значил не больше, чем в начале. И вообще этот скандал - больше политические дрязги, а не спорт, а это не по мне. Я гонщик. Мое дело - управлять машиной, а от подобных междоусобиц я стараюсь по возможности держаться подальше.

Тогда в чем же дело - в том, что Михаэль по-прежнему сильнее всех и, в конечном счете, непобедим? Но ты ведь и Кими уступил.

Нет, дело, на мой взгляд, отнюдь не в этом. Чтобы претендовать на чемпионский титул и едва его не получить, сейчас достаточно, как показывает пример Кими, победить лишь однажды, но зато постоянно финишировать вторым-третьим. Сейчас, когда первое и второе место разделяют всего два очка, можно уже не надрываться ради победы. Теперь все зависит не только от побед, но и от стабильности гонщика. И, говоря уже о Михаэле, победить в шести гонках, но неважно выступить или сойти в шести других - не слишком хорошая работа, верно? В нашем случае, полагаю, было то же самое. Неважно, по моей вине это произошло или по вине команды в целом, все равно поражение в чемпионате в этом смысле закономерно.

И что касается Михаэля, я не согласен с утверждением моего шефа Фрэнка Уильямса, что он так много раз становился чемпионом, потому что работал усерднее и лучше других. Я не хочу сказать, что Михаэль не хорош. Он достиг великолепных результатов в своей карьере, чего при всем желании у него отобрать нельзя, поскольку он и впрямь для этого изрядно потрудился. Но он вовсе не супергерой, и я не думаю, что он непобедим. В последние несколько лет помимо собственных замечательных способностей в его распоряжении была и лучшая в Формуле-1 машина. Но как только в этом году мы получили автомобиль, способный опережать Ferrari, титул Михаэля сразу повис на волоске. (Здесь стоит, право же, вспомнить слова Хуана-Пабло годичной давности: «Михаэль - лучший на сегодняшний день. Он очень опытен, и у него есть машина, на которой он почти недосягаем, однако даже и при равенстве в скорости машин он, хоть и не намного, но все равно быстрее всех». - Прим. авт.)

Так или иначе, все же Михаэль на шесть лет старше тебя, уже двенадцать лет выступает в Формуле-1 и рано или поздно уйдет, а у тебя, в общем-то, еще все впереди. Кого ты видишь своим основным соперником в будущем?

Да кого угодно. Вернее, не кого-то одного, а сразу многих: и Кими, и Фернандо, и Ральфа, и Кристиано. Соперников, в том числе и из совсем молодого поколения гонщиков, хватит на ближайшие пять-семь лет.

Не боишься, кстати, опоздать? Ведь упомянутые тобой молодые гонщики, эти «новые сверхъяркие звезды», уже наступают тебе на пятки. Взять, к примеру, того же Фернандо Алонсо - именно о нем сейчас говорят, как о новом чуде и будущем Шумахере. Он ведь значительно моложе тебя. Да и Кими тоже.

Нет, не боюсь. Почему-то, когда сравнивают меня с Фернандо и Кими, все забывают, что мы все трое пришли в Формулу-1 в один год, а Кими к тому же провел и столько же гонок, и в этом смысле мы в равных условиях. Они вовсе не герои-новички.

Но за твоими плечами - куда более существенный опыт выступлений и побед в чемпионатах международной Ф-3000 и CART. Разве это не дополнительное подспорье в борьбе за титул чемпиона мира?

Да, верно, я выигрывал чемпионаты, и чемпионат Формулы-1 - это всего лишь еще один. Почему бы мне и его не выиграть? Не в этом году, так в следующем. В конце концов, я здесь именно за этим. И как уже говорил, всегда делаю максимум возможного. Но я не зацикливаюсь на титуле как таковом. Моя задача - хорошо выполнять свою работу, благополучно заканчивать гонки и зарабатывать как можно больше очков. И если работа сделана должным образом, тогда ты способен и выиграть чемпионат. Вот как я это вижу. Во время гонки я просто не думаю о победе в чемпионате или еще о чем-то абстрактном. Все предельно конкретно: ты ведешь машину и делаешь лучшее, на что способен. И добавляешь на свой счет очки и потом уже только прикидываешь, достаточно ли этого для победы в чемпионате.

Кстати, насчет чемпионата CART. Многие, как, например, Бобби Рейхол, находят эти гонки более интересными, чем Гран При Формулы-1. А что на сей счет скажешь ты с точки зрения чемпиона CART и претендента на титул чемпиона мира в Формуле-1?

Я бы вообще не стал сравнивать эти чемпионаты, поскольку в CART у всех одно и то же шасси, которое оснащается моторами от четырех поставщиков, а в Формуле-1 у каждой команды машина собственной конструкции. Поэтому в Формуле-1 гораздо сложнее преуспеть. (Чаще приходится слышать прямо противоположное мнение. - Прим. авт.) Машина буквально напичкана множеством оригинальных устройств и электроникой, и ее в рамках регламента можно модернизировать и перенастраивать до бесконечности. В CART, где автомобили у всех практически одинаковы, очень трудно добиться прорыва в техническом аспекте, и это, как мне кажется, менее интересно. С другой стороны, обычно гонки CART привлекают большим количеством обгонов. А в Формуле-1 обгоняют реже, потому что здесь сделать это несравненно сложнее, и именно поэтому для меня это тоже интереснее. Обходить в гонках Гран При сложно, но можно. И когда я вижу, что могу это сделать, иду на обгон. Для меня это что-то вроде естественного рефлекса. Я здесь чтобы побеждать, а не просто быстро ездить, а значит - как раз для того, чтобы опережать соперников. Тут главное - найти золотую середину между разумной смелостью и безответственной дуростью.

Гораздо сложнее, кстати, как я заметил в этом году, обгонять в конце сезона. Многие пилоты стали куда более агрессивными по отношению к Михаэлю, Кими и мне. Зачастую они защищаются уже буквально на грани разумного, поскольку знают, что мы не можем рисковать вылетом, и пользуются этим. Ничего не поделаешь, приходится мириться с этим и быть настороже, но все равно ведь идешь на обгон, потому что это гонки.

За рулем - мачо!

В свободное от гонок, тестов и прочих мероприятий время, когда тебе вообще никуда не надо идти и ничего не надо делать - любишь ли ты поспать подольше или все равно встаешь рано, чтобы чем-нибудь заняться?

Ну, в 6 утра я вставать, конечно, не буду, но и позже восьми тоже оставаться в постели не могу. Обычно я ложусь спать между 10.30 вечера и полночью, а встаю между семью и восемью утра, причем без будильника - в моей голове исправно тикают биочасы.

Повлияла ли на тебя как на гонщика каким-либо образом женитьба?

Нет, не повлияла никоим образом. Люди почему-то думают, что, если ты регулярно занимаешься сексом, это что-то меняет в профессиональном плане. (Вообще-то я имел в виду психологический, а не сексуальный аспект, но, как говорится - вольному воля. - Прим. авт.) Между тем это совсем не так, во всяком случае, для меня. Да вот и Михаэль - дважды стал отцом, но это ему не помешало завоевать пять раз титул чемпиона мира. У Ральфа и Рубенса по ребенку, и на них это тоже никоим образом не сказывается. Нет, не думаю, что женитьба, семья несет дополнительную мотивацию или наоборот. По-моему, работа и семья - это параллельные миры, особо не влияющие друг на друга. А вот когда любимый человек - как моя Конни - всегда, даже на гонках, рядом, это здорово.

Считается, однако, что к максимальному успеху в жизни мужчина, в конечном счете, стремится именно ради женщины. Не в этом ли все же причина и твоего успеха?

Ну уж нет! Я стремлюсь к успеху сам по себе. Это - сугубо личное. Я люблю гонки, и делал бы то же самое, даже если бы не был женат. Делал бы все, что в моих силах - как и мои соперники.

И все же вы с Конни слывете самой сладкой парочкой в Формуле-1. А как вы познакомились?

Я счастлив, что женат на Конни. У нас и впрямь замечательные отношения, потому что она доставляет мне огромное удовольствие и прекрасно меня понимает. Я довольно замкнутый человек и в детстве интересовался лишь картингом, Конни же, наоборот, очень общительна и с тех пор, как мы вместе, медленно, но верно вытаскивает меня из себя самого наружу.

Познакомились мы три года назад, на одном из этапов чемпионата CART - она подошла попросить автограф для брата. Но в то время у меня была другая подружка, а у нее другой молодой человек, и в тот день она как раз была вместе с ним, так что я предпочел бы поменьше вспоминать ту встречу. Но несколько месяцев спустя, когда оба были уже свободны, мы встретились вновь, у нас завязались отношения, и закончилось все это очень хорошо, как видишь!

А как закончилась история с изъятием у тебя водительских прав во Франции за превышение скорости?

Это все выдумки журналистов. Прав у меня никогда не отнимали, и я продолжаю ездить на машине. Да, я чуток превысил скорость - на спидометре было где-то 220-230 км/час - ну и что с того? Я ехал на хорошей машине по автостраде из Монако на автодром «Поль Рикар» (для справки: разрешенная максимальная скорость на автостраде во Франции - 130 км/час, за существенное превышение - тюремное заключение. - Прим. ред.), ну и поднажал. Пришлось, конечно, разбираться с полицией, но все обошлось.

Понятно, почему ты не живешь в Колумбии, но сначала ты жил в Англии, а теперь - в Монако и в Майами. Чем, помимо профессиональных причин, обоснован этот выбор?

На самом деле я никогда толком не жил в Англии. Я снял дом в Оксфорде, когда начал работать в Williams F1, но, в конечном счете, думаю, провел там от силы пару-другую ночей и спустя несколько месяцев переехал в Монте-Карло, где теперь и провожу большую часть года, поскольку основная часть гонок проходит в Европе. Мне нравится Монако, поскольку там никому нет дела до того, кто ты, там все привыкли иметь соседями «знаменитостей». И, конечно, я люблю проводить время в Майами, где у меня тоже есть дом, где живут мои родители и большинство моих друзей и где тоже круглый год прекрасная погода. По ходу сезона, когда гонки проходят поблизости - Гран При Бразилии, США и Канады, - я непременно бываю в Майами.

На твоей родине, в Колумбии множество социальных проблем, как и в России. Россия - на втором месте по числу убийств, Колумбия - на первом. Не думал ли ты, используя свою поистине общенациональную популярность и опыт в качестве Посла доброй воли ООН, по завершении гоночной карьеры баллотироваться, например, в президенты?

Очень жаль, что репутация Колумбии страдает из-за горстки отморозков, в то время как в целом народ у нас замечательный. Лично я, несмотря ни на что, люблю свою родину и, когда есть возможность, приезжаю туда, чтобы повидать друзей и оказать посильную помощь нуждающимся. Но что касается политической деятельности - нет-нет, благодарю покорно, только не это. Проблем в Колумбии множество, это верно, но пусть ими занимаются профессиональные политики и экономисты. А вот если мой успех в Формуле-1 поможет улучшить имидж моей страны, то я буду счастлив.

Какое «время года» в Формуле-1 ты больше любишь - начало сезона или его завершение?

И то, и другое приятно по-своему и вызывает совсем разные чувства. В начале сезона ты свеж, с новыми силами рвешься в бой, полон самых радужных ожиданий, весь чемпионат впереди... А в конце - независимо от результата радуешься, что наконец-то вся это морока завершается и можно будет перевести дух, отдохнуть, расслабиться.

И что же, никакого разочарования, что недотянул до реализации тех самых «радужных ожиданий», что были вначале?

Нет. Вернее, конечно, когда я только осознал, что победа в чемпионате оказалась упущена, испытывал некоторое разочарование и досаду, но очень недолго. Это, так сказать, «одноразовая» эмоция, разочарование не в глобальном масштабе, и на моем мироощущении в целом оно не отражается.

Категория: №65 (12.2003) | Добавил: LiRiK3t (27.02.2014)
Просмотров: 627 | Теги: №65(12.2003), интервью
^Наверх
вход выход Created by LiRiK3t